Упоминания «Артем Кирьянов (ГД РФ)»

С начала года физические лица купили иностранной валюты на 771 млрд рублей, говорится в «Обзоре рисков финансовых рынков», опубликованном ЦБ. За сопоставимые периоды 2024 и 2025 годов объём таких покупок достигал 1,062 трлн рублей и 918 млрд рублей соответственно. Почему так сильно сократился спрос на валюту у россиян, при том, что и рубль окреп к основным валютам (например, в 2024 среднегодовой курс был 92,5 рубля за доллар)? Ответы экспертов в рубрике #опросы

Главный экономист Института экономики роста им. П. А. Столыпина Борис Копейкин:

Число зарубежных поездок граждан за тот же период выросло, и некоторое уменьшение объёмов покупок было связано со снижением нормы накоплений и надеждами на дальнейшее укрепление рубля, которые были распространены ещё несколько месяцев назад. Но тенденция уже поменялась. По тем же данным регулятора, покупки валюты начали заметно расти в сентябре и октябре. Подрос и объём переводов на зарубежные брокерские счета. И годовые результаты, вероятно, не будут сильно отличаться от прошлогодних.

Зампред комитета ГосДумы по экономической политике Артем Кирьянов:
 
Тенденция к снижению покупок иностранной валюты очевидна. Мы понимаем, что в условиях санкционного давления и развития новой экономики иностранная валюта, в частности пара евро-доллар, больше не является основным инвестиционным инструментом, не является инструментом для антиинфляционной защиты сбережений людей.
Есть ещё формат покупок для зарубежных поездок, но падение таких покупок говорит о том, что россияне переключаются на другие инструменты инвестиций. Очевидно, что сегодня доллар, евро, помимо всего прочего, не являются комфортными валютами для каких бы то ни было операций как внутри страны, так и в рамках внешнеэкономической деятельности. Думаю, что в следующем году мы увидим также снижение таких покупок.
 
Доцент РАНХиГС, экономист Сергей Хестанов:
 
Причин сокращения спроса россиян на валюту несколько. Во-первых, сложно открывать валютные счета. Большинство банков отказалось от счетов в долларах и евро из-за санкционных рисков. И даже те, где эти счета остались, установили высокие комиссии просто за хранение денег.
Во-вторых, снижение спроса со стороны туристической отрасли. Это связано с переходом расчётов на национальные валюты.
В-третьих, похожие процессы прошли и в сфере импорта: отлажены схемы оплаты за рубли.
Всё это вместе взятое и привело к падению спроса на валюту.

(продолжение в следующем посте)

ПОЗИЦИЯ. Инвесторы распродают бумаги по всему миру из-за опасения глобальной рецессии. С исторического максимума, достигнутого 19 февраля 2025 года, индекс S&P 500 обвалился уже на 21 процент. В России всерьез заговорили о возможности повторения кризиса 2008 года.

❗️Публицист, основатель Telegram-канала «Толкователь» Павел Пряников:

Думаю, что кризиса такого же масштаба, как в 2008-09 годах, мы не увидим. Но это может быть долгая вялая рецессия, на уровне мирового роста от -1% до +1% (вместо прежних темпов +3,5%). Скорее всего, она еще и будет сопровождаться повышенной инфляцией, т.е. совокупно мы получим стагфляцию.

Хуже будет ситуация на некоторых структурных рынках, вроде фондового. На нем скопилось много лишних денег, эмитированных за прежние годы центробанками всего мира, и до 10-20% этих денег (капитализации) может быть «сожжено».
Такой же «пузырь» надулся на рынках жилья большинства стран, включая и Россию. Прирост стоимости жилья давно оторвался от темпов прироста доходов населения. Этот «пузырь» тоже будет сдуваться (а где-то уже сдувается – в Китае).
Еще одно важное отличие возможного мирового кризиса от предыдущих – центробанки и финансовые власти получили большой корпус практических знаний, как бороться с ним. Сюда входит манипулирование ставками, выкуп «плохих бумаг» у системообразующих компаний, вливание ликвидности (денег) в наиболее пострадавшие отрасли.

❗️Политолог, руководитель Центра «Региональные исследования» Дмитрий Лобойко:

Можем ли мы увидеть кризис масштаба 2008 года? Да, но природа у него иная. Если центральные банки к борьбе с финансовыми шоками подготовлены сейчас лучше, чем 17 лет назад, то инструментов для быстрого восстановления разрушенных торговыми войнами производственных цепочек у мирового сообщества не существует.

Примечательно, что наступающий кризис имеет относительно ясный политический механизм деэскалации. Но ключи от этого механизма в тех же руках, что инициировали эскалацию. Как выразился хедж-фонд менеджер Билл Акман, даже «90-дневный перерыв» в тарифной войне мог бы предотвратить «экономическую ядерную зиму». Однако политическая логика администрации Трампа, зацикленная на устранении торгового дефицита любой ценой, может препятствовать компромиссным решениям.
Главным результатом нынешних процессов может стать не временная экономическая рецессия, а долгосрочная фрагментация глобальной экономики на конкурирующие блоки. В этом плане, как ни странно, для стран БРИКС и, в частности, для России могут открыться новые перспективы роста. Впрочем, исторический опыт показывает, что торговые войны не знают победителей – только разные степени проигравших. Парадокс в том, что этот очевидный урок истории регулярно приходится переучивать ценой экономических кризисов и человеческих трагедий.

❗️Зампред думского комитета по экономической политике Артем Кирьянов:

Турбулентность в Соединенных Штатах сегодня - это, конечно, следствие системной перестройки отношений со стороны президента Трампа. Очевидно, что такая работа не может происходить без ущерба для сложившейся экономической системы. И США, как один из локомотивов мировой экономики, оказывают серьезное влияние на своих партнеров. Прежде всего, негативное влияние на территории Европейского союза.

Однако системные кризисы мирового уровня, которые мы видели в предыдущие годы, на сегодняшний день имеют меньшее значение для очень многих стран. Россия в данном контексте будет испытывать влияние кризисов достаточно опосредовано, поскольку сегодня мы находимся в жестких санкционных условиях.
Сегодня мы занимаемся вопросами построения нашего технологического суверенитета, и отчасти кризисные явления мировой экономики к нам относиться не будут. Однако важно, чтобы российская экономика взаимодействовала с нашими и традиционными, и новыми партнерами, с теми странами, которые не принадлежат коллективному Западу, но будут испытывать последствия политики Трампа. Соответственно, такое взаимодействие поможет нам во внутреннем экономическом развитии.