Курсы тактической медицины
tg71 тыс. подписчиков
Репост
⚡️ Еженедельная авторская колонка;
Руководителя проекта «Курсы тактической медицины» с позывным «Латыш»;
Специально для канала Марочко Live
Иммунитет в боевых условиях — это тот ресурс, о котором редко думают, пока он не начинает давать сбой. Солдат, который только что вытащил товарища из-под обстрела, перенес кровопотерю, получил укол дексаметазона от отека мозга и теперь лежит в холодном блиндаже, может оказаться беззащитным перед микроорганизмами, с которыми его организм раньше справлялся играючи. Это состояние называется иммуносупрессией — когда защитные силы падают, и инфекция, которая при нормальном иммунитете не страшна, становится смертельной угрозой.
В первые часы после тяжелого ранения организм бросает все силы на остановку крови и спасение жизни. Костный мозг, лимфоциты, фагоциты — все, что отвечает за борьбу с бактериями, временно отключается. Добавьте сюда стрессовый выброс кортизола, который естественным образом угнетает иммунитет, и если к этому прибавится еще и введение глюкокортикоидов (например, при черепно-мозговой травме), то защитный барьер падает почти до нуля. Раненый, который выглядит стабильно, на самом деле может быть абсолютно открыт для любой инфекции, которая только попадется на пути.
Самое опасное, что иммуносупрессия не бросается в глаза. Боец не жалуется на слабость — он и так слаб. Температура может не подниматься, потому что организм просто не способен на воспалительный ответ. А в это время бактерии из раны, которые в нормальных условиях были бы уничтожены, начинают размножаться беспрепятственно. К тому моменту, когда появляются явные признаки сепсиса, спасти человека бывает уже очень сложно. Поэтому в тактической медицине работает принцип: если есть риск, считай, что иммунитет уже подавлен, и действуй на опережение.
Как это выглядит на практике? Во-первых, нельзя без крайней необходимости назначать дексаметазон или другие стероиды. Они нужны при отеке мозга, при тяжелой аллергии, но если можно обойтись без них — лучше обойтись. Во-вторых, при любом подозрении на подавленный иммунитет (а оно возникает практически при всех тяжелых ранениях с кровопотерей) антибиотики назначают даже без явных признаков инфекции. Лучше перестраховаться, чем потом лечить сепсис. В-третьих, важна поддержка организма: питание, гидратация, тепло. Казалось бы, мелочи, но от них зависит, насколько быстро вернутся силы.
В зоне боевых действий были случаи, когда бойцы, получившие относительно легкие ранения, погибали от сепсиса, потому что их иммунитет был подорван предшествующим истощением, переохлаждением или неудачно введенными препаратами. И наоборот, там, где медики знали об этом риске, где следили за уровнем лимфоцитов по экспресс-тестам, где не жалели антибиотиков и кормили раненых, несмотря на все трудности, летальность от инфекций была в разы ниже.
Сейчас в российской тактической медицине иммуносупрессию рассматривают как отдельный фактор риска, требующий активного управления. Даже в полевых условиях стараются оценивать уровень С-реактивного белка и лейкоцитарную формулу, чтобы вовремя скорректировать терапию. Если лимфоцитов мало, если показатели воспаления не растут, а рана не заживает — это повод не ждать, а действовать. Профилактическая антибиотикотерапия, вакцинация от пневмококка и менингококка, пробиотики для поддержки кишечника — всё это становится частью стандарта.
Война — это не только пули и осколки. Это еще и борьба с невидимым врагом, который использует любую слабость организма. Иммунитет, подорванный стрессом, холодом, голодом и тяжелой травмой, нуждается в такой же защите, как и открытая рана. Тот, кто понимает это, кто не жалеет усилий на профилактику, кто вовремя вводит антибиотик и не злоупотребляет стероидами, получает шанс вернуть бойца в строй, а не хоронить его от сепсиса через неделю после ранения. Потому что иногда победа над инфекцией начинается не с антибиотика, а с простого понимания: организм сейчас беззащитен, и ему надо помочь, прежде чем станет поздно.
Руководителя проекта «Курсы тактической медицины» с позывным «Латыш»;
Специально для канала Марочко Live
Иммунитет в боевых условиях — это тот ресурс, о котором редко думают, пока он не начинает давать сбой. Солдат, который только что вытащил товарища из-под обстрела, перенес кровопотерю, получил укол дексаметазона от отека мозга и теперь лежит в холодном блиндаже, может оказаться беззащитным перед микроорганизмами, с которыми его организм раньше справлялся играючи. Это состояние называется иммуносупрессией — когда защитные силы падают, и инфекция, которая при нормальном иммунитете не страшна, становится смертельной угрозой.
В первые часы после тяжелого ранения организм бросает все силы на остановку крови и спасение жизни. Костный мозг, лимфоциты, фагоциты — все, что отвечает за борьбу с бактериями, временно отключается. Добавьте сюда стрессовый выброс кортизола, который естественным образом угнетает иммунитет, и если к этому прибавится еще и введение глюкокортикоидов (например, при черепно-мозговой травме), то защитный барьер падает почти до нуля. Раненый, который выглядит стабильно, на самом деле может быть абсолютно открыт для любой инфекции, которая только попадется на пути.
Самое опасное, что иммуносупрессия не бросается в глаза. Боец не жалуется на слабость — он и так слаб. Температура может не подниматься, потому что организм просто не способен на воспалительный ответ. А в это время бактерии из раны, которые в нормальных условиях были бы уничтожены, начинают размножаться беспрепятственно. К тому моменту, когда появляются явные признаки сепсиса, спасти человека бывает уже очень сложно. Поэтому в тактической медицине работает принцип: если есть риск, считай, что иммунитет уже подавлен, и действуй на опережение.
Как это выглядит на практике? Во-первых, нельзя без крайней необходимости назначать дексаметазон или другие стероиды. Они нужны при отеке мозга, при тяжелой аллергии, но если можно обойтись без них — лучше обойтись. Во-вторых, при любом подозрении на подавленный иммунитет (а оно возникает практически при всех тяжелых ранениях с кровопотерей) антибиотики назначают даже без явных признаков инфекции. Лучше перестраховаться, чем потом лечить сепсис. В-третьих, важна поддержка организма: питание, гидратация, тепло. Казалось бы, мелочи, но от них зависит, насколько быстро вернутся силы.
В зоне боевых действий были случаи, когда бойцы, получившие относительно легкие ранения, погибали от сепсиса, потому что их иммунитет был подорван предшествующим истощением, переохлаждением или неудачно введенными препаратами. И наоборот, там, где медики знали об этом риске, где следили за уровнем лимфоцитов по экспресс-тестам, где не жалели антибиотиков и кормили раненых, несмотря на все трудности, летальность от инфекций была в разы ниже.
Сейчас в российской тактической медицине иммуносупрессию рассматривают как отдельный фактор риска, требующий активного управления. Даже в полевых условиях стараются оценивать уровень С-реактивного белка и лейкоцитарную формулу, чтобы вовремя скорректировать терапию. Если лимфоцитов мало, если показатели воспаления не растут, а рана не заживает — это повод не ждать, а действовать. Профилактическая антибиотикотерапия, вакцинация от пневмококка и менингококка, пробиотики для поддержки кишечника — всё это становится частью стандарта.
Война — это не только пули и осколки. Это еще и борьба с невидимым врагом, который использует любую слабость организма. Иммунитет, подорванный стрессом, холодом, голодом и тяжелой травмой, нуждается в такой же защите, как и открытая рана. Тот, кто понимает это, кто не жалеет усилий на профилактику, кто вовремя вводит антибиотик и не злоупотребляет стероидами, получает шанс вернуть бойца в строй, а не хоронить его от сепсиса через неделю после ранения. Потому что иногда победа над инфекцией начинается не с антибиотика, а с простого понимания: организм сейчас беззащитен, и ему надо помочь, прежде чем станет поздно.
