Упоминания «Валерия Троицкая»

Вышло интервью для "Литклаб.TV ", которое мы записали ещё в сентябре, после презентации романа "Топь" на Московской международной книжной ярмарке.

Спасибо Роману Сорокину за этот разговор. Во время интервью было спокойно, комфортно, я понимала, что напротив меня человек, который понимает абсолютно всё, о чём я написала в романе.
Ни одного пустого, ненужного вопроса.

Поэтому и получилось сформулировать, мне кажется, очень важные вещи.

Видео по ссылке:
https://vk.ru/wall-212602999_1147

Несколько раз я писала о своем отношении к 7 ноября и в целом - к СССР.

И твердить одни и те же - очевидные, мне кажется, вещи - не хочется.

И человек я очень далёкий от политики.

Но в последнее время, да, и меня просто пугает эта оголтелая волна антисоветизма. И бесконечные портреты "уничтоженных безбожной властью" во всех соцсетях...

Красный террор был? Был. Как ответ на Белый. И представители последнего по степени садизма дадут фору украинским нацбатам.

Репрессии 20-х и 30-х годов были? Были, и моя семья чудовищно пострадала в эти годы.

Это было время продолжающейся гражданской и внутрипартийной борьбы. Страшное, переломное время.

Ребёнок рождается в крови и боли. Так рождался СССР.

Но дерево познается по плодам. Итог Октября - самое справедливое государство за всю историю человечества.

А дети Октября - вот на этих фотографиях.

Вышло моё большое интервью для ANNA NEWS.

Спасибо корреспонденту Марии Коледа за важный разговор об украинском конфликте, западной "мягкой силе", о позиции российской творческой среды, работе с молодёжью и о "Донецком море".
 
— Вы говорили, что часть Вашего окружения уехала после начала СВО. Как Вы объясняете такой раскол в творческой среде и почему многие представители интеллигенции дистанцируются от темы Донбасса?

— Я бы даже не назвала это расколом. Потому что раскол – это когда 50% «за», а 50% — «против». У нас совершенно иная ситуация в культуре. Людей, поддержавших свою страну, едва ли наберётся 3%.

Конечно, это потрясающая работа наших западных «партнёров» внутри России. Они профессионалы и умеют работать с помощью «мягкой силы», делают это мощно и нагло. Схема отработана десятилетиями. Происходящее внутри российской культуры мало чем отличается от того, что происходит в культуре Восточной Европы, Балкан.

России, по крайней мере, в области журналистики удалось восстановить свой суверенитет. Если сравнивать с тем, что было в 90-е годы или в начале 2000-х – это, как говорят в Одессе, две большие разницы. А если мы посмотрим на то, что происходит на Балканах, то увидим, что там и большая часть журналистов — это абсолютно ангажированные люди, которые работают именно на западные структуры.

У нас же таким анклавом влияния западной повестки стала именно творческая среда. Что и проявилось 24 февраля 2022 года в виде массовой истеричной реакции творческой элиты. Её просто было поднять на протест.

Тут нужно иметь в виду всего две вещи – эмоциональное устройство многих творческих людей и наличие в культуре «серых кардиналов», либеральных «Сусловых». Тех людей, которые определяли лицо нашего театра или кино, от мнения которых зависела карьера. Идти против их мнения никто не хотел. Если они заставляли актёров, режиссёров и худруков подписывать антивоенные письма — их, естественно, подписывали, потому что никто не хотел себе навредить.

Внутри нашей культуры существуют люди, которые определяют не только облик культуры, но и её идеологию. У нас в стране идеологии нет, а внутри нашей культуры идеология есть.

И с 1991-го года — это идеология полного неприятия собственной страны, собственной истории, культуры, презрительное отношение к русскому человеку, бездумное преклонение перед Западом.
 
— По Вашему мнению, нужно ли принять и простить всех, кто уехал?

— Как христиане мы можем простить, конечно, кого угодно. Но необходимо понимать, какая опасность нависла над нашей страной и сколько сейчас зависит от происходящего в культурном тылу. Многие люди из моего бывшего окружения, которые уехали, уже вернулись.

Конечно, они возвращаются с неким удивлением, что Россия не распалась, всё получилось не так, как они думали. Наши люди в абсолютном своём большинстве их отвергли. Они считали, что являются лидерами мнений, а для большого количества людей они просто оказались никем и ничем. И Россия их очень унизила — она не рухнула под финансовыми санкциями, выдержала все контрнаступы, а они «там» оказались никому не нужны. Это трудно пережить человеку с амбициями.

Так что возвращаются они с ещё большей ненавистью, с ещё большим презрением. Я ни с кем из них не общаюсь, но через общих знакомых до меня доходит: они жаждут реванша. Они замолкли, подчистили свои социальные сети вплоть до 2014 года, стараются вести себя так, чтобы к ним максимально не было никаких претензий, но собираются взять реванш. И реванш они могут взять только через молодое поколение. А оно до сих пор — в орбите их влияния.