Где найти: читай-город; озон; яндекс маркет; вайлдберрис; эксмо
Хемингуэй позвонит
Книга для писателей: http://bit.ly/2L69Pv7
Связь @egorevna
https://knd.gov.ru/license?id=675ad1f30acf9c1f42f1156b®istryType=bloggersPermission
Статистика обновлена 19.11.2026 в 01:16 · 3 просмотра страницы · Хотите больше просмотров?
Динамика за 30 дней
Истории пока нет. График появится после следующих обновлений статистики.
Рекламные публикации
Последние публикации
Все посты канала →Где найти: читай-город; озон; яндекс маркет; вайлдберрис; эксмо
Что читаю: Александр Шевченко, «Об стенку горох»
В классическом эссе 1948 года для The New Yorker Э. Б. Уайт заметил, что житель мегаполиса покупает себе право на приватность ценой постоянного микроскопического насилия над собственной нервной системой. В книге «Об стенку горох» Александр Шевченко - тридцатичетырехлетний московский корпоративный юрист, фланер эпохи удаленки и добровольный хронист повседневного абсурда - документирует это насилие с грацией человека, который давно оставил попытки победить систему и вместо этого решил вести протокол ее забавных конвульсий.
Формально перед нами сборник коротких заметок, разбитых на одиннадцать тематических глав с интермедией («Не глава, а антракт 15 минут»). Тексты эти балансируют на зыбкой границе между чеховским фельетоном, дневниковой терапией и тем, что в англосаксонской критике называют personal essay.
Однако за внешней непринужденностью блогерского слога скрывается точный и безжалостный социологический срез поколения отечественных миллениалов - тех, кто в 2007 году слушал халявную музыку «ВКонтакте», а спустя пятнадцать лет обнаружил себя застрявшим между штрафами на Госуслугах, приступами пассивной агрессии в рабочих чатах и тревожной мыслью о том, что короткие носки теперь выдают в них «скуфов».
Главный конфликт книги разворачивается не в залах суда (куда автора, по его признанию, не зовут, ибо корпоративный юрист способен посадить разве что собственные нервы), а на крошечных пятачках городской реальности: у ленты супермаркета в ожидании матери с пакетом молока, в пугающе неловком безмолвии пассажирского лифта, на приеме у дантиста или в кабине самолета, где автор безуспешно пытается овладеть сакральным искусством сна без надувной подушки.
Шевченко обладает редким слухом к языковым деформациям времени. В первой главе («Занимательная лингвистика») и далее по тексту он методично препарирует современный птичий язык: от суеверного табу на слово «последний», превращающего коллег в сектантов «крайнего раза», до зловещей семантики финальной точки в мессенджере.
Для автора точка - это не знак препинания, а сжатый до микрона окрик «Я вас услышал», таящий в себе бездну невысказанного презрения. Его лингвистический бунт ироничен: сокрушаясь о засилье англицизмов (cashflow, issue, red flags), он тут же ловит себя на употреблении слов вроде «инсайт» и конструирует виртуозный гибрид из канцелярского протокола и дворового просторечия («едрит-Мадрид», «хрестоматийный шыт-сэндвич»).
Особого внимания заслуживает временная оптика автора. Глава «Календарный план» представляет собой годичный цикл экзистенциального поражения, где ноябрь объявлен «понедельником длиною в месяц», а предновогодняя суета в корпорациях описана с почти эпическим размахом - когда принтеры плавятся, нотариусы заламывают руки, а затем один царственный мах директорской руки снимает морок, обнажая спасительное равнодушие бытия. Шевченко пишет о салате оливье не как о закуске, а как о трансцендентном концентрате времени, который на третий день превращается в ресторанный шедевр, а к седьмому грозит схлопнуть Вселенную.
В тексте безошибочно узнается нерв поколения тридцатилетних, пытающихся нащупать опору в мире, где вместо обещанных в детстве космических далей и балетных па им достались Excel-таблицы, элайнеры, ипотеки и необходимость выбирать между вишневым и малиновым эспрессо-тоником. Автор не строит из себя героя: он охотно признается в прокрастинации, уклоняется от сборов на подарок боссу, прячется за наушниками и боится осуждения бегунов в парке, пока сам жует в машине двойной чизбургер.
Нашел писательскую версия «сайта знакомств» — проект «Самотек». Только вместо свиданий здесь литературные конкурсы, опен-коллы издательств и журналов, писательские резиденции и гранты. Иногда даже по миллиону рублей на год работы над книгой.
«Самотеком» как мы все знаем в редакциях называют рукописи, которые приходят с улицы. Без литературных агентов, знакомств с главным редактором и троюродного дяди в издательстве.
Но самое интересное даже не в подборке возможностей.
Автор канала, писатель Александр Постанович, делает то, что большинство творческих людей терпеть не могут: читает мелкий шрифт.
И объясняет, где конкурс действительно помогает автору, а где под видом литературного признания вам предлагают торжественно подарить кому-нибудь права на собственный роман.
В общем, если пишете в стол, мечтаете издать книгу или знаете человека, который уже десять лет «почти закончил роман», — отправьте ему: @samotek_calls
Пусть хотя бы рукопись начнет выходить в люди. А то автор уже устал.