Жизнь разная. В ней не только хорошее и приятное. В ней грешник и святой, ребёнок и старик, мир и война, подлость и вероломство — тьма вещей, которые потом ум раскладывает налево и направо: это хорошо, это плохо. Но оно всё есть. Хочешь только хорошего — и отсекаешь себя от полноты. Становишься осколком. А осколок острый: колет и себя, и других. Кто поклоняется только добру и кто поклоняется злу — оба осколки. Оба молодцы, и оба разбиты.
Другого пути нет — только принимать. То, что человеческим языком называют любовью, и есть эта полнота. Принимать себя таким, других — такими, какие они есть. А какие они есть — тайна. Ты не знаешь. Ты просто склоняешься. «Я не знаю, Господи. На всё воля Твоя. Помилуй меня». И больше ничего не остаётся. Не надежда, не вера — чистое знание: как есть, так есть.
Быть максимально простым. Чтобы нигде не застревать — и чтобы в тебе ничего не застревало. Умаляешься — и в этом же умалении растёшь...
кусочек из эпилога новой книги