Ласло про клубы

Сегодня про философию (у меня настроение такое)

Зашел на днях на почту за посылкой. Окошко работает одно, очередь стоит до Урала, а тетенька за стеклом смотрит на нас, как Кутузов на Бородинское поле. Устало и без малейшего желания отступать. Над ней висит плакат «Ваше время важно для нас». А вот чье именно время, к сожалению не уточняется.

Так вот стою я в этой очереди и думаю вовсе не о посылке.

Есть одна модель, к которой я возвращаюсь каждый раз, когда пытаюсь понять, в каком времени мы вообще живем. Кстати ее придумали в Институте Беркана и назвали «Две петли». Суть простая, как табуретка, и такая же устойчивая.

Любая система проходит один и тот же путь. Она рождается, растет, крепнет, обрастает печатями и регламентами. А потом перестает справляться. И вот что важно. Не потому, что кто-то украл или напортачил (хотя бывает и такое, не будем лукавить). А потому, что мир под ней поменялся. Так паркет уезжает из-под ног вальсирующего генерала, а генерал продолжает вальсировать. Не замечали?

Старая система больше не может служить всем, кому должна. Но и уходит она не сразу. Сначала угасает медленно, потом быстрее. Как банкротство, постепенно, а потом вдруг БАЦ, и все. Но вот новая тем временем еще не родилась. И между ними образуется зазор. В старые времена называли это межвременьем. Туман, в котором старая карта уже врет, а новую еще не напечатали.

Вот мы с вами ровно сейчас здесь. В этом тумане. С талончиком в руке.

А теперь главное, ради чего я все это затеял. Особенно для людей моего поколения.

Мы выросли внутри институтов, которые худо-бедно, но как-то работали. Не идеально и не для всех, где-то с перебоями, а где-то через знакомую тетю Валю из исполкома. Но работали. И у нас осталось то, чего, как мне все чаще говорят молодые, у них просто нет. Живое, почти телесное ощущение того, на что способен институт, когда он исправен.

Мы помним, каково это, когда общая инфраструктура держит. Когда автобус приходит по расписанию, а письмо доходит до адресата, а не до Бермудского треугольника. Звучит смешно, да. А вы попробуйте объяснить вкус пломбира человеку, который видел его только на картинке.

И это, господа, не ностальгия. Это принципиально важно. Люди не умеют жить вместе без общих конструкций. Без них получается не свобода, а палаточный лагерь, где каждый сам себе и мэр, и сантехник. Поэтому ответ на сломанные институты вовсе не «давайте жить без институтов». Ответ в другом вопросе. Какая ДНК должна быть у систем, которые мы хотим построить сейчас?

Признаюсь честно, я и сам иногда ловлю себя на том, что ворчу на новые порядки голосом соседа по даче. Того самого, который в каждой новинке видит заговор и падение нравов. Так вот, это не наша работа.

Наша задача не охранять старое, как смотритель музея в войлочных тапочках, шипящий «руками не трогать». Наша задача помочь людям, особенно молодым, поверить, что то, что идет на смену, стоит строить. Мы видели, как работает целое. Они пока нет. И это совсем не мелочь, которую мы можем им предложить. Возможно, это вообще самое ценное, что у нас осталось после всех реформ.

PS. Посылку мне, кстати, так и не выдали. Сказали, система зависла. Я не стал рассказывать тетеньке про две петли. По-моему, она живет в обеих одновременно.