мортиры и перелески.

«я не знаю стихов о любви
совершенней, чем «Север и Запад
заслоняют колени твои,
лишь желаннее ставшие за год…»

я, осиливший горы бумаг,
не считаю, что «спящие чутко,
два пупка превращаются в знак
бесконечности» — тонкая шутка.

я, последний на свете кретин,
понимаю, как это красиво:
«…а потом по орбите летим
на диване, бесшумном на диво…».

Денис Новиков, 1985.

Сегодня умер Тинто Брасс. Ему было 93 года.
Посмотрите сегодня вечером «Салон Китти» (1976) — одно из актуальнейших на сегодня произведений его карьеры.

В нацистском Берлине СС превращает роскошный публичный дом в лабораторию слежки: проститутки должны выведывать секреты партийной элиты, а за каждым совокуплением наблюдает незримое государство.

Брасс снимает это с непристойной роскошью, с Хельмутом Бергером и Ингрид Тулин, патологическим упоением телами, мундирами, уродством, красотой и унижением. Это ведь по сути и есть порно известной всем категории. Получается удивительная картина про секс и власть, упоительная.

Причём Брасс получает от всего происходящего не меньше удовольствия, чем его чудовищные герои. 

Великий, безумный фильм.

Удалось, наконец, посмотреть «Лето в Бадене» Антона Желнова. О литературной основе я писал здесь.

На ощущенческом уровне кино напоминает предсмертную гумилевскую поэзию и «Ложное движение» Вима Вендерса.

Если что по-настоящему и удалось создателям, то развенчать мифы. Занятие крайне неблагодарное и донельзя необходимое.

Достоевский вынут из пространства формалинового раствора: он — по собственному мнению, состоявшийся гений, страдающий лудоманией антисемит и отныне странствующий в поисках новой рулетки в компании вечно страдающей от уловок судьбы, но невероятно эмпатичной собственной жены. Герой Цыпкина — канонический руководитель лаборатории в советскую эпоху, проглотивший внутрь вопросы морали, однако оказавшийся на перепутье из-за эмиграции собственного отпрыска.

О чем это кино? Мне видится наиболее важным время прочтения. Человек из брежневской эпохи наверняка бы сообщил о подножках карьерных лестниц в условиях космополитизма и железного занавеса; читатель из 90-х небезосновательно вынес в заглавие слабость интеллигенции; неприлично дотошный литературовед посетовал бы на чрезмерную импульсивность.

Глядя на роман и на экранизацию из 2026-го, я бы сказал, перефразируя Уайльда, что «люди более ромбы, нежели квадраты», и зная досконально все три стороны, никогда не узнаешь, какой окажется четвертая.

Посмотрите обязательно, оно того стоит.