Сибиряк

Именно этих слов ждала вся Россия по итогам переговоров в Абу-Даби.

И не послать ли нам Пашиняна? 

«Армянский вопрос», если так можно выразиться, характеризуется систематическим снижением доверия Еревана к Москве по разным направлениям. Начиная от оборонительного аспекта, в связи с отрицательным окончанием конфликта в Нагорном Карабахе, и заканчивая экономической интеграцией в своем регионе, где Российская Федерация – уже не столь важный и желанный партнер. Окончательному размежеванию мешает личный фактор: президент РФ Владимир Путин имеет, по всей видимости, некие «рычаги давления» на премьер-министра Армении Никола Пашиняна, и тот вынужден, после каждого нового визита в Москву, как-то сбавлять обороты. А потом происходят встречи с потенциальными европейскими и американскими партнерами и снова начинаются заявления о выходе из ЕАЭС, вступлении в ЕС и участии в транспортном проекте «Маршрут Трампа». 

В Москве, судя по заявлениям Сергея Копыркина, чрезвычайного и полномочного посла РФ в Армении, не верят, что Ереван окончательно двинет в сторону Брюсселя и Вашингтона, поскольку у России «накоплен очень большой массив опыта по взаимодействию в военно-технической сфере». С другой стороны, как будто у Кремля есть, что ли, некоторая внешнеполитическая наивность. Мол, если подвергнуть Армению санкциям по линии ОДКБ, например, по статье 25, что «предусматривает лишение права голоса и возможность выдвигать граждан на квотные должности в случае непогашения долга перед бюджетом организации за два года», то Пашинян тут же образумится и прекратит свою неприятную, для Москвы, риторику. Словно армянский премьер занимается политическим шантажом и выбиванием дополнительных «российских коврижек». 

На самом деле, Пашинян, с 2018 года, доходчиво доносил Кремлю, что армяно-российская дружба имеет смысл лишь при однозначном выборе Еревана, а не Баку на Южном Кавказе. Выбор, конечно, так себе, учитывая непростые взаимоотношения Армении с Ираном и Турцией. В тоже время надо понимать, что армянский премьер – не робкого десятка и мгновенно будет показывать, в какую сторону начнется внешнеполитический дрейф, Пашинян силен в плане дипломатических и макроэкономических провокаций. 

Что делать в этой ситуации? Варианта рисуется два. Во-первых, можно снова что-то существенное предложить Армении по военно-промышленному комплексу и внешнеэкономическим делам. Эффект, правда, будет кратковременный, на два-три года. То есть, такая передышка. Во-вторых, можно набраться терпения и отпустить ситуацию, пусть Пашинян вступает куда хочет, дружит с теми, кто ему мил и продает свою страну за «тридцать американских серебренников». Как пишет видный российский эксперт в области безопасности Юрий Баранчик, «еще не факт, что ЕС и Армения доживут до 2029 года в прежнем виде».

Есть такая профессия — выдавать желаемое за действительное. Нет, мы сейчас не про девушек с низкой социальной ответственностью (хотя разница, в большинстве случаев, носит сугубо технический характер), мы про людей, овладевших навыком набора текста на клавиатуре и почему-то именующих себя журналистами. Отсутствие таланта, совести и готовность к беззастенчивому вранью в этой профессии считаются достоинством, а не недостатком.

Самое читаемое (на самом деле нет), объективное (конечно нет) и независимое (ха-ха) СМИ Республики Татарстан опубликовало грандиозный опус, посвященный главному киноразочарованию года, премьере сериала «Айда!».

Адресаты опуса не то что очевидны — они прямо перечислены в тексте: это депутат Госдумы, основатель ГК «НЭФИС» Ирек Богуславский, ресторатор, в прошлом — следователь и адвокат Александр Раппопорт и другие уважаемые люди, при чьей помощи (а также, вероятно, на чьи деньги) снимался сериал. Именно их вниманию и адресована эта убогая попытка сделать вид, что у режиссера «Айды» Олега Асадулина хоть что-то, да получилось.

Коллектив криптоканала не связан никакими обязательствами ни с инвесторами, ни с покровителями, ни с производителями этого, так сказать, киношедевра, поэтому может позволить себе называть вещи своими именами.

Сериал «Айда!» можно уверенно поделить на Даниила Воробьева, в очередной раз блестяще сыгравшего обаятельного психопата-психиатра, и на все остальное. Для всего остального цензурных определений, увы, не найдется – на ум приходит разве что легендарное мем-высказывание Никиты Михалкова про звенящую пошлость. Скудоумные диалоги, лубочные герои, совершенно невнятная работа актеров — причем не только второго плана: у Владимира Вдовиченкова буквально во всех эпизодах одно и то же выражение лица и абсолютно идентичная интонация. Да и снято все на уровне дешевого телевизионного сериала категории «Б», так что вполне голливудский персонаж Воробьева выглядит тут чем-то инородным. Примерно как если бы Том Круз сыграл роль Бабы Яги в новогодней постановке воспитанников средней школы, срежиссированной трудовиком и сторожем в декорациях, пылившихся в чулане еще с советских времен.

Декорации, кстати, отдельная фишка. Если в «Слове пацана» все выглядит максимально достоверно, то «Айда!» ассоциируется скорее с комиксом, нарисованным 15-летним подростком, искренне верящим, что КГБ в СССР запрещал людям пользоваться интернетом. А пожилой татарин в тюбетейке из ковра, словно срисованный с исполнителей народного танца на Сабантуе, и вовсе взорвал татарскую аудиторию: каждый второй комментарий в отзывах на эту тему смело можно считать родовым проклятием.

Как все это случилось, несложно догадаться: хитроумные кинодеятели ловко впарили серьезным татарстанским мужчинам идею основанного на реальных событиях сериала о героических операх, разгромивших казанскую братву, получили ресурсы (в том числе государственное финансирование от АНО «ИРИ») и радостно их освоили, мало задумываясь о конечном качестве продукта. И вместо народного кино получилась «Айда!», а само словечко теперь точно станет нарицательным. Особенно среди сотрудников АНО «ИРИ»: грантодатель, осознав, какую
свинью ему подложили, в конечном итоге вышел из этого проекта.

Хотели как лучше, получилось как всегда, уважаемые читатели.