А насчет шапок — путаюсь в них не одна я. Это как цвета богослужебного облачения или гласы церковных песнопений. Кажется, что вся моя деятельность и исследования об одном и том же, но везде есть свой особый оттенок. Интересно, что каждая из моих идентичностей как бы усиляет другую. Не будь я хорошей юристкой, не смогла бы разобраться в ряде богословских вопросов; без богословия было бы не понять политической науки; без философии не могло бы быть адекватного понимания права; без "Христианской визии" не было бы "Христиан против войны", а без "Христиан против войны" и т.д.
Кстати, на заседании Комиссии по богословскому образованию в этот раз в Женеве, я поняла, какая шапка больше всего ценится в богословской среде. Когда упомянула, что я юристка по образованию, а потом помогла сформулировать и оформить правки в устав Комиссии, мой авторитет вырос до неба — даже богословская диссертация не принесла мне столько авторитета как юрфак БГУ. А я про него иногда даже сама забываю.
Еще повторюсь, ничего нового не произошло. Мы просто оформили наш с КЕЦ затянувшийся гражданский брак, длящийся уже лет семнадцать, в официальный договор. И получилось, что из всех актуальных сотрудников КЕЦ я с этой организацией в отношениях дольше всех.
И я вам скажу, когда все началось — началось всё тогда, когда Русская Православная Церковь в 2008 году вышла из состава КЕЦ и перестала влиять на ее решения, ее кадровую политику и вообще жизнь; и больше не смогла блокировать мое участие. А потом меня нашел Вселенский Патриархат, который меня еще и поддерживать и продвигать начал и продолжает.