Это «Нам здесь жить!»
tg1.2 тыс. подписчиков
Открыть пост ↗
Погружена сейчас в тему компенсации вреда окружающей среде при нефтяных разливах и исследую практику взыскания с Международного фонда для компенсации ущерба от загрязнения нефтью 1992 года.
Я уже писала о деле по возмещению ущерба от разлива мазута с танкера «Волгонефть-139» в 2007 году. Пересматривая его, копнула поглубже и вскрылась такая цепочка дел, что впору открывать рубрику #поучительноерядом 🤯
Рассказываю.
После крушения «Волгонефти-139» с исками о возмещении расходов и убытков обратились Морспасслужба, Росприроднадзор, органы власти Краснодарского края и Темрюкского района, Керченский морской торговый порт и частные компании. Ответчиками стали собственник судна ОАО «Волготанкер», его страховщик «Ингосстрах» и Международный фонд.
Суд признал право собственника на ограничение ответственности и создал фонд в размере 116 млн руб., обеспеченный гарантией «Ингосстраха». По условиям безотзывной гарантии страховщик обязался выплатить каждому истцу присужденную сумму после вступления решения в силу и выдачи исполнительного листа.
Казалось бы, что может пойти не так 🤔 Фонд создан, гарантия безотзывная, страховщик участвует в деле как ответчик. Суд принял решение в пользу истцов и присудил выплатить компенсацию из двух источников – фонда ограничения ответственности и Международного фонда.
Международный фонд свою часть выплатил, хотя и не сразу – несколько лет он справедливо оспаривал завышенный размер фонда ограничения, который суд определил неправильно.
А вот получение денег из фонда ограничения ответственности превратилось для истцов в хождение по мукам 🫡
Хотя суд прямо указал, что выплаты должны производиться из фонда ограничения, созданного гарантией «Ингосстраха», но прямую обязанность выплатить присужденные суммы суд на страховщика не возложил.
Когда Морспасслужба обратилась за исполнительным листом, суд его выдал только в отношении собственника танкера, который к тому времени уже обанкротился. Указать в исполнительном листе «Ингосстрах» в качестве должника суд отказывался.
А «Ингосстрах», выдавший безотзывную гарантию именно для обеспечения этих выплат, использовал отсутствие правильно оформленного исполнительного листа как основание ничего не платить 😤
Несколько лет Морспасслужба безуспешно пыталась добиться разъяснения решения и выдачи надлежащего исполнительного листа. В 2016 году апелляционный суд признал отказ в его выдаче незаконным, но исполнительный лист с указанием страховщика в качестве должника так и не появился.
Тогда Морспасслужбе пришлось подать еще один иск непосредственно к «Ингосстраху» и вновь пройти три судебные инстанции, фактически во второй раз доказывая уже установленное судом право на компенсацию.
Только после этого деньги удалось взыскать. В августе 2018 «Ингосстрах» сообщил Международному фонду, что произвел выплату.
❗Десять лет от подачи иска до получения возмещения 😠
И все из-за неудачной формулировки решения, нежелания суда исправить собственную ошибку и недобросовестной позиции страховщика.
Более того, по данным Международного фонда, остальные заявители так и не получили выплаты от «Ингосстраха». В частности, МЧС Краснодарского края пыталось взыскать причитавшиеся ему 89,7 млн руб. отдельным иском, но суд отказал из-за пропуска срока исковой давности. Сведений о выплатах другим заявителям обнаружить не удалось.
➡️ Поэтому всем пострадавшим от разливов нефти на заметку – недостаточно признания судом права на выплату из фонда ограничения ответственности. Необходимо просить суд в резолютивной части решения прямо обязать страховщика выплатить каждому заявителю присужденную сумму. Иначе фонд может оказаться недоступным.
Это актуально и для любых других дел – лицо, обязанное выплатить компенсацию, должно быть прямо указано в резолютивной части решения суда.
Вот так одна неудачная формулировка превращает взыскание компенсации в многолетний судебный квест. Морспасслужбе здесь респект за настойчивость 🤝
Я уже писала о деле по возмещению ущерба от разлива мазута с танкера «Волгонефть-139» в 2007 году. Пересматривая его, копнула поглубже и вскрылась такая цепочка дел, что впору открывать рубрику #поучительноерядом 🤯
Рассказываю.
После крушения «Волгонефти-139» с исками о возмещении расходов и убытков обратились Морспасслужба, Росприроднадзор, органы власти Краснодарского края и Темрюкского района, Керченский морской торговый порт и частные компании. Ответчиками стали собственник судна ОАО «Волготанкер», его страховщик «Ингосстрах» и Международный фонд.
Суд признал право собственника на ограничение ответственности и создал фонд в размере 116 млн руб., обеспеченный гарантией «Ингосстраха». По условиям безотзывной гарантии страховщик обязался выплатить каждому истцу присужденную сумму после вступления решения в силу и выдачи исполнительного листа.
Казалось бы, что может пойти не так 🤔 Фонд создан, гарантия безотзывная, страховщик участвует в деле как ответчик. Суд принял решение в пользу истцов и присудил выплатить компенсацию из двух источников – фонда ограничения ответственности и Международного фонда.
Международный фонд свою часть выплатил, хотя и не сразу – несколько лет он справедливо оспаривал завышенный размер фонда ограничения, который суд определил неправильно.
А вот получение денег из фонда ограничения ответственности превратилось для истцов в хождение по мукам 🫡
Хотя суд прямо указал, что выплаты должны производиться из фонда ограничения, созданного гарантией «Ингосстраха», но прямую обязанность выплатить присужденные суммы суд на страховщика не возложил.
Когда Морспасслужба обратилась за исполнительным листом, суд его выдал только в отношении собственника танкера, который к тому времени уже обанкротился. Указать в исполнительном листе «Ингосстрах» в качестве должника суд отказывался.
А «Ингосстрах», выдавший безотзывную гарантию именно для обеспечения этих выплат, использовал отсутствие правильно оформленного исполнительного листа как основание ничего не платить 😤
Несколько лет Морспасслужба безуспешно пыталась добиться разъяснения решения и выдачи надлежащего исполнительного листа. В 2016 году апелляционный суд признал отказ в его выдаче незаконным, но исполнительный лист с указанием страховщика в качестве должника так и не появился.
Тогда Морспасслужбе пришлось подать еще один иск непосредственно к «Ингосстраху» и вновь пройти три судебные инстанции, фактически во второй раз доказывая уже установленное судом право на компенсацию.
Только после этого деньги удалось взыскать. В августе 2018 «Ингосстрах» сообщил Международному фонду, что произвел выплату.
❗Десять лет от подачи иска до получения возмещения 😠
И все из-за неудачной формулировки решения, нежелания суда исправить собственную ошибку и недобросовестной позиции страховщика.
Более того, по данным Международного фонда, остальные заявители так и не получили выплаты от «Ингосстраха». В частности, МЧС Краснодарского края пыталось взыскать причитавшиеся ему 89,7 млн руб. отдельным иском, но суд отказал из-за пропуска срока исковой давности. Сведений о выплатах другим заявителям обнаружить не удалось.
➡️ Поэтому всем пострадавшим от разливов нефти на заметку – недостаточно признания судом права на выплату из фонда ограничения ответственности. Необходимо просить суд в резолютивной части решения прямо обязать страховщика выплатить каждому заявителю присужденную сумму. Иначе фонд может оказаться недоступным.
Это актуально и для любых других дел – лицо, обязанное выплатить компенсацию, должно быть прямо указано в резолютивной части решения суда.
Вот так одна неудачная формулировка превращает взыскание компенсации в многолетний судебный квест. Морспасслужбе здесь респект за настойчивость 🤝
Новый список