— Аристотель. «Риторика».
⨁ ODAL #ODAL_цитаты
Статистика обновлена 18.11.2026 в 13:21 · 4 просмотра страницы · Хотите больше просмотров?
Истории пока нет. График появится после следующих обновлений статистики.
Такой я представляю себе Афину из гомеровской «Одиссеи», переосмысленную в контексте микенского мира XII века до н. э. Мне хотелось придать ей облик, характерный для эпохи поздней бронзы, сохранив при этом узнаваемые черты, знакомые нам по более поздним произведениям искусства.
В «Одиссее» Афина предстает прежде всего как прекрасная высокая женщина, искусная в рукоделии (13.287–290), а её эпитет «glaukōpis» [совоокая/светлоокая/ясноокая] указывает на выразительный, пронзительный взгляд. В тех деталях, о которых Гомер умалчивает, я опиралась на памятники эгейского и более позднего греческого искусства.
Я потратил немало времени, изучая, чем женский костюм микенской эпохи отличался от более привычной нам минойской моды. Поскольку фрески и изображения на перстнях-печатках зачастую отражают скорее архаичные церемониальные наряды, чем повседневную одежду позднего микенского периода, я решил рассмотреть и другие варианты.
В «Илиаде» перед битвой Афина снимает богато украшенный пеплос, сотканный её собственными руками. Я предположил, что в «Одиссее» она могла носить нечто подобное.
Чтобы понять, как это могло выглядеть, я обратился к терракотовым статуэткам типов «Фи», «Пси» и «Тау». Некоторые из них, возможно, изображают богинь или жриц; мне было интересно представить, как эти схематичные формы могли воплощаться в реальной одежде. Я вообразил свободное одеяние из легкой, струящейся ткани — с широкими рукавами, поясом и декорированными краями, — которое легко развевается на ветру. Стилизованные, «птичьи» черты этих фигурок также хорошо подходят Афине, ведь в «Одиссее» она принимает облик хищной птицы и ласточки.
Для цветового решения я выбрал бледно-голубой оттенок — он встречается как в древних, так и в более поздних изображениях богини. Вместо того чтобы облачать её в доспехи (как это было бы уместно для «Илиады»), я сосредоточился на ее более личной роли в «Одиссее». Вместо копья я вложил ей в руку золотой жезл, с помощью которого она несколько раз меняет облик Одиссея, а шлем она придерживает у бедра. Предметы вокруг нее отсылают к другим эпизодам с участием богини.