Иван Бражников

Вот, братцы, изучая английский, читаю зе хэдлесс хорсмэн. А до этого, стало быть, освоил Карамазовых, пропади они пропадом.

Глубина — ни в какое сравнение. Психологизм — ни в какое. Но надо ли объяснять, что читая Всадника, я кайфую; а читая Федор Михалыча, борюсь с позывами?

Я сопереживаю крутому мустангеру, от которого вповалку падают шикарные женщины, он шикарен. Кому из трех дундуков я должен сопереживать в Карамазовах, объясните мне?

Что это за направление в драматургии, изобретенное нашими писателями, когда от главного героя хоть стой, хоть падай?

У нас вот даже в Гришу Мелехова хоть чуть-чуть куколдизма но подпустили. Что мешает написать нормального героя?

Или я что-то не понимаю?

Обожаю американскую литературу.

У Салли альцгеймер.

Держись, отец!

Ого, оказывается на ойфоне есть выдержка по 10 секунд, смотрите, что можно наснимать на эшелоне!

Так много звезд видно с высоты 11 км, что великого труда стоит отыскать классические созвездия