Sowa 🧐 "Монокль"

Чего ждать от нового Конгресса США: интервью с Александрой Войтоловской
Тут полностью: https://monocle.ru/monocle/2026/46/yedinstvenniy-kley-dlya-kooperatsii-respublikantsev-i-demokratov-rossiyskaya-ugroza/

«— С одной стороны, у демократов не будет большинства для преодоления президентского вето, а внешнюю политику в Америке во многом определяет именно глава исполнительной власти. Но вопросы, которые касаются России, могут снискать неожиданный республиканско-демократический консенсус и дать Конгрессу необходимые две трети голосов. Результаты выборов этому благоволят: по предварительным подсчетам, демократы могут завоевать до 56 мест в сенате из ста. То есть если Аляска и Миссисипи тоже «посинеют», демократам нужно будет найти всего лишь четверых республиканцев, которые тоже готовы вставлять палки в колеса России. И Трампу заодно: среди республиканцев его не все поддерживали, и кто-то захочет отыграться.

— Как тогда взаимодействовать с новым Конгрессом? Кажется, демократы давно уже все для себя решили в отношении России?

— Если говорить об истеблишменте, Америка меняется: среди демократов большую поддержку на этих выборах получили новые молодые лица — почти все сплошь прогрессисты. Это последователи Александрии Окасио-Кортес и Берни Сандерса. Они все выступают за так называемую woke-повестку: равенство, инклюзивность, меньшинства, трансгендеры — словом, все то, за что наши СМИ их так не любят.

При этом во внешней политике эти люди воспринимают США как государство с имперскими амбициями, а это, с их точки зрения, плохо. Прогрессисты считают, что Америка должна перестать вести себя как мировой гегемон, сосредоточиться на внутренних проблемах, не тратить деньги на помощь другим государствам, не говоря уже о развязывании каких-либо войн.

— Получается, та же маговская America first — изоляционизм, но родом из другого лагеря?

— Абсолютно верно, отличаются только мотивация и цели. Прогрессисты-демократы считают, что нужно тратить деньги на социальные программы и решения глобальных проблем вроде изменения климата. А для MAGA отказ от «чужих войн» необходим для перенаправления ресурсов на внутренние нужды и получения конкретной выгоды. Если развязать войну будет выгодно — они ее развяжут. Кстати, это отражено и в последней версии стратегии национальной безопасности страны.

— Но как демократам приводить в порядок дела внутри США, если в отношении России они будут действовать жестче, да и помощь Украине денег потребует?

— Думаю, что демократы не планируют возвращаться к той системе помощи Украине, которая была при Байдене. Они будут всячески демонстрировать поддержку — но держаться республиканской логики, которая была очень проста: мы даем работу нашему военно-промышленному комплексу, а Европа, раз уж так хочет помочь Украине, пусть покупает и ей передает.

Я не уверена, что мы на что-то надеемся: кажется, у нас уже нет иллюзий на тему того, что из представляют собой и республиканцы, и демократы. Достаточно вспомнить, сколько всего Трамп ввел против нас в ходе своего первого президентства.

А что касается европейцев… да, действительно создается такое ощущение, что они ждут ухода Трампа. Но если мы посмотрим на стратегию национальной безопасности — там черным по белому прописано, что европейцы сами в ответе за свою судьбу. США абсолютно хладнокровно оторвали Европу от России в экономическом и культурно-историческом плане, а теперь европейцы должны сами это разгребать и сами свою безопасность обеспечивать — покупая американскую нефть, газ, идущий известно откуда, но уже через Америку. Мне кажется, европейцы — самые большие проигравшие во всей этой истории».

Загнанный в угол Трамп может быть опасен

Поражение республиканцев на выборах в Конгресс США существенно ограничивает свободу действий президента Дональда Трампа в области внутренней политики, но может заставить его активнее действовать на внешнеполитической арене. Тут https://monocle.ru/monocle/2026/46/zagnanniy-v-ugol-tramp-mozhet-byt-opasen/

(…) «Главный вопрос — как отреагирует президент США на переход парламента под контроль его врагов (называть их политическими противниками уже поздно). Первая версия состоит в том, что Трамп в соответствии с формулой TACO забьется в угол и постарается не злить демократов в надежде на пощаду. Но глава Белого дома прекрасно знает, что демократическое большинство в Конгрессе в любом случае попытается нанести ему и его близким максимальный урон. Если победой в 2016 году Трамп настолько разозлил демократов, что они готовы были посадить его в тюрьму, то оглушительной победой 2024 года он морально добил Демпартию. Напомним, что в ночь выборов 2016 и 2024 годов, после оглашения предварительных итогов голосования, кандидаты от Демократической партии Хилари Клинтон и Камала Харрис просто не нашли в себе сил выйти к своим сторонникам и журналистам.

Но если глава Белого дома все же добьется ощутимых успехов на внешнеполитическом фронте, это может изменить отношение американцев к нему в положительную сторону и усилит влияние Трампа в Республиканской партии — на выборах 2028 года его поддержка вновь может стать залогом победы. А контроль над партией Трампу необходим, чтобы гарантировать, что республиканцы в сенате не объединятся с демократами и не объявят ему импичмент.

Выбор для совершения внешнеполитического чуда у главы Белого дома невелик. Скорее это Иран, где он может надеяться превратить свое главное поражение в главную победу. Судя по публичным рассуждениям Трампа, он вновь намерен сделать ставку на воздушные удары, но на этот раз дать согласие на уничтожение всей гражданской инфраструктуры оппонента. В ответ Тегеран уже обещал бить по всем союзникам США не только на Ближнем Востоке, но и в Европе. Однако что-то подсказывает, что удары Ирана по Европе не слишком пугают Трампа, скорее напротив, даже отчасти соответствуют его политическим интересам, поскольку нынешние европейские лидеры откровенно противостояли ему по вопросу Гренландии и Украины.

Кроме того, Трамп явно рассчитывает выступить в роли миротворца в украинском конфликте. Поскольку очевидно, что Зеленский (который еще в 2019 году подвел Трампа под процедуру импичмента и сегодня намерен повторить свой подвиг) явно не намерен идти ни на какие компромиссы, Белому дому предстоит сделать какой-то нетривиальный ход, чтобы доказать, что его мнение еще что-то значит в современном мире.

Однако возникает резонный вопрос: почему Трамп, проваливший все свои прошлые проекты, в том числе войну против Ирана, не провалит ее и на этот раз? Ответ прост: президент США всегда действует спустя рукава, если он лично жизненно не заинтересован в успехе предприятия. Но если Трамп решит, что ему угрожает реальная опасность, как это было во время выборов 2024 года, когда решалось, куда он отправится — на второй срок в Белый дом или на первый срок в тюрьму, тогда он преображается и добивается нужного результата любой ценой».

Нельзя доверить мир Европе

Трамп достал всех! — и результат республиканцев на выборах в Конгресс закономерен. В его решениях становилось все меньше стратегии и смысла — и все больше спеси, высокомерия и борьбы за власть.

(…) Но вот один не особо заметный для нас, но тектонический сдвиг для американской политики случился — хотя на первый взгляд он кажется парадоксальным. Выборы 2026 года в США окончательно добили позиции атлантистов. Об этом сейчас один за другим страдальческим тоном пишут профильные think tanks, которые и сами немало потеряли в последние годы в кадровом и ресурсном отношении. Казалось бы, Трамп, сторонник прагматизма в отношениях с Европой, проиграл. Но разворота американцев к любви через океан после прихода демократов к власти ждать не стоит. Точно так же как — вспомните — не случилось пересмотра антикитайских начинаний Трампа после его первого срока, когда в Белый дом нестройной походкой вошел Джо Байден.

И этот факт сулит миру куда больше перемен, чем поражение Трампа на выборах в Конгресс.

Во многом на платформе атлантизма выстраивался глобальный мир после Второй мировой войны. В ее основе лежало не просто крепкое сотрудничество США и Европы, но и концепция коллективной безопасности, противостояние с советским блоком, а также продвижение общих ценностей, правил свободного рынка и — ключевое — интересов транснациональных компаний, которым повсеместно открывали дорогу либеральные реформы международных финансовых институтов.

Развал СССР дал первую трещину в атлантическом монументе. Но еще десятилетиями амбассадоры крепкого союза с Европой (оплаченного из американского бюджета) представляли и демократов, и республиканцев, и Госдеп: одни стояли за общее поле ценностей, другие — за пушки и ракеты вблизи России и Китая, и все, конечно, не мыслили иного мира, пока не изменился сам мир.

Постепенно на покой уходили атлантисты «старой школы» и ветераны холодной войны Джо Байден, Хилари Клинтон, Джон Маккейн, Митт Ромни; карьерные дипломаты и чиновники Энтони Блинкен, Джейк Салливан, Виктория Нуланд; политики, возглавлявшие комитеты по международным делам и вооруженным силам в сенате и палате представителей. В 2026-м таких отставников было особенно много, причем в обеих партиях.

На их место приходит новое поколение — в основном сторонники реализма, прагматизма или просто политические конъюнктурщики. С одной стороны, среди них нет политических упрямцев, которые готовы жертвовать национальной безопасностью ради идеологических догм. С другой — это еще один шаг в сторону расширения международного хаоса. С атлантистами было непросто, их политика во многом и привела к войне на Украине, но это был предсказуемый противник, с которым можно разговаривать на перспективу. Теперь не только Россия, но и Европа лишается надежного контрагента, чья политика не зависит от электоральных циклов в два года. Потеря доверия к американскому зонтику безопасности вынуждает европейские страны ускоренно вооружаться, а ощущение цивилизационного декаданса и одиночества быстро подводят к конфликту с исторической внешней угрозой — Россией.

Один из переговорщиков Белого дома с Россией, Джаред Кушнер, на неделе внезапно заявил, что для прочного мира в Европе нужны договоренности с участием РФ. Постижение этой азбучной истины заняло у зятя президента США два года регулярных контактов с российскими дипломатами и лекций об истории Владимира Путина. Неровен час мы будем вспоминать об инициативах Трампа с ностальгией — у его последователей может быть еще меньше политической ответственности и желания заниматься делами на евразийском континенте. Оставлять же Европе задачу построения нового порядка даже у себя дома как-то не хочется.

«Монокль»