Упрощенно говоря, в культуре стыда люди избегают произвести плохое впечатление на других людей, а в культуре вины – нарушить внутренние запреты. Самурай совершает самоубийство, если он опозорен, даже если в этом нет его личной вины,, потому что жизнь в плену будет величайшим позором. При этом он не думает, что должен выжить ради послевоенной встречи с семьей и восстановления своей страны. А сбитый американский летчик в такой же ситуации сдается в плен, и для него начинается череда испытаний, в которых требуется проявить мужество и выйти победителем, ни в чем не предавшим своих идеалов. При этом он не считает, что его могут унизить побои, тяжелые условия содержания и прочие внешние обстоятельства, тогда как японские конвоиры по этой причине видят в нем человека без чести и достоинства. Оценка одной и той же ситуации у них радикально разная.
Большинство читателей наверняка сочтут выбор американца более правильным – уже просто потому, что вне зависимости от личного отношения к вере русскоязычные люди разделяют многие установки христианской культуры вины. Однако у нее есть свое слабое место: вина может быть прощена, а значит, человек сможет снова и снова грешить, рассчитывая на гарантированное прощение. В культуре стыда такое невозможно.
А. Десницкий «Первые христиане»