Заметки Андрея Винокурова

Переговорные игры

Переговоры в Абу-Даби проходят на фоне сразу нескольких системных факторов.

Первый. Дональду Трампу до конца президентской каденции осталось чуть более двух лет. Более того, по итогам промежуточных выборов он столкнулся с противостоянием с демократическим Конгрессом, который вступит в свои права в январе 2027-го. Хотя США по сути своей президентская республика, окно возможностей для Трампа, когда он обладает максимальной свободой действий, сужается. Это неминуемо мотивирует его к принятию резких решений ради политического наследия. Этот же фактор, вероятно, подстегивает и Россию к интенсификации переговоров: рост влияния демократов в Вашингтоне объективно не играет на руку Москве.

Второй. Летние месяцы стали своего рода кульминацией когнитивного противостояния за «картину мира» Трампа, за его понимание «реалий на земле». Киев пытался доказать, что способен нанести России максимальный экономический урон. Однако Москва продемонстрировала, что способна жестко отвечать, а в условиях массированных атак не теряет политической стабильности. Минувший политический цикл показал: результаты для центральной власти РФ более чем предпочтительны. Контроль над системой не утерян, внутренних волнений нет.

Третий. Трамп хочет именно быстрого завершения конфликта — только это он сможет подать как свой личный результат. В этой ситуации у России есть более-менее очерченный и сформулированный образ победы, который упирается в стопроцентный контроль Донбасса. Украина же фактически не демонстрирует альтернативного образа победы. Ее заявленная стратегия — противостояние на истощение, которое Трамп точно не сможет записать себе в актив. Следовательно, в упомянутом когнитивном противостоянии Россия выглядит убедительнее.

Четвертый. Вся история с переговорным треком в целом подсветила главный момент: договориться только с США недостаточно. Европа выступает здесь отдельным игроком. Запад не един, и это создает дополнительные трения. Именно поэтому и Вашингтон, и Москва в целом демонстрируют стремление не подключать Европу к ключевым переговорным трекам. Но так или иначе, Европа будет влиять на процесс.

Пятый. В этих условиях Киев, скорее всего, выберет тактику затягивания. Цель — как минимум дождаться января 2027 года, когда новый демократический Конгресс сможет ослаблять рычаги давления Трампа.

Резюме: ситуация непростая, поэтому неудивительно, что перспективы переговоров оцениваются крайне осторожно. С точки зрения теории, принудить к сделке игрока, которому выгодно затягивание процесса, крайне тяжело. Но пути есть. Ключевое понятие здесь — BATNA (best alternative to a negotiated agreement), то есть наилучшая альтернатива обсуждаемому соглашению. По сути, это ответ на вопрос: что будет, если договориться не удастся? Чтобы продавить решение, нужно смоделировать максимально неприглядный сценарий в случае, если оно не принято. Кроме того, стоит вспомнить теорию «зрелости конфликта» Зартмана: конфликт завершается, когда обе стороны осознают, что дальнейшее продолжение — это тупик, несущий лишь издержки, и при этом видят приемлемый выход. В текущих же условиях внутреннее ослабление позиций Трампа парадоксальным образом становится весомым аргументом. Главное — показать что без его участия конфликт не решить, а перспективы несут лишь долгосрочные потери.

Андрей Винокуров

#Повестка | Депутатские будни

О витиеватостях политической коммуникации

Когда-то давно у власти были возможности донесения точечных групповых сигналов до всех слоев общества. Это было возможно благодаря отсутствию таких феноменов, как масс-медиа. У властей была свободу маневра: можно было обращаться к одной социальной группе и в целом быть уверенным, что другая об этом не узнает. Какой-нибудь монарх мог вести переписку с представителями просвященной публики, одновременно демонстрировать патриархальность к массовым слоям, выслушивать идеи реформаторов, но также признаваться в консерватизме другим кругам.

С появлением более-менее массовых медиа все изменилось. Настало время универсальных сигналов. Любое высказывание, попавшее в них, считывалось одновременно всеми. Власти нужно было формировать единую, непротиворечивую картину мира. Именно поэтому, на мой взгляд, СМИ и стали называть четвертой властью — фактически их прерогативой стало формирование этой картины.

Нынешний этап — другой. Появление мини-масс-медиа в лице социальных сетей, а также ИИ-агентов (и к ним, кстати, относятся не только каналы, но и группы) привело к тому, что разные социальные группы не получают готовую картину дня, а формируют ее из множества различных источников.

И это фактически трансформирует возможности власти по ее формированию. Какой бы сильный масштабный сигнал она ни проводила, он постоянно будет сталкиваться с альтернативными интерпретациями, которые для каждой аудитории формируются индивидуально. Универсальный сигнал перестает быть универсальным — даже если он доведен, он тут же сталкивается с тысячами персональных версий реальности.

Я думаю, власть во многом это чувствует. И для стабильности ей необходимо уже не столько задавать картину мира с нуля, сколько изначально узнавать ее и корректировать на месте, вступая в контакты с разными группами населения. Ну, и кто по логике максимально подходит для этой задачи? Депутатский корпус.

Думаю, что с этой логикой и связаны рекомендации депутатам от «Единой России» больше переходить в формат неформальных встреч с людьми. В теории эта технология должна работать. В конце концов известно, что формат личных встреч «от двери к двери» считается наиболее эффективной тактикой для кампаний на муниципальном уровне.

Но на практическом уровне есть проблемы. Я уже как-то писал, что , хотим мы или нет, на данный момент в случае ЕР у нас не политик выбирает партию, а она выбирает, кто от нее пойдет. Соответственно и в депутатский корпус, скорее, попадают те, кто больше хорош в коридорных политических коммуникациях. А далеко не все из них умеют в простое общение. Но, видимо, будут учиться. По крайней мере попытки скрепить расщепленный цифровой мир аналоговой коммуникацией, еще будут.

Андрей Винокуров

#Повестка

Депутатские будни

Кстати, вот ещё интересный разбор про бюджет, который показывает, что на самом деле за всеми казалось бы простыми партийными позициями стоят сложные кулуарные договорённости и выверенные тактики. Хотим мы того или нет, политика по своей сути — настолько необходимое пространство, что оно живо и существует всегда.
https://t.me/gosdumaem/4989