«В 1980 году я была студенткой пятого курса Тбилисского государственного университета и проходила практику в Абхазской гостелерадиокомпании. Однажды председатель Гостелерадио Абхазии Шамиль Хусейнович Пилия пригласил меня к себе в кабинет и говорит: “Мы вас отправляем в командировку в село Калдахвара Гудаутского района в семью Ампар, из этого рода в 1937 году были репрессированы 13 человек, из них живым вернулся только один — Семен Ампар.
Я знала об этих годах, но глубоко разобраться не могла, и понадеялась, что вернувшийся расскажет мне об этом. На следующий день я оправилась в Калдахуару. Это была моя первая командировка, и эта однодневная командировка длилась 45 лет».
После беседы с Семеном Ампар Екатерина Бебия поняла, что нельзя рассказать только об одной семье: таких семей в Абхазии много, и все они заслуживают того, чтобы о них помнили.
Шамиль Пилия открыл на Гостелерадио рубрику «Без вины виноватые», в которой Екатерина Бебия начала рассказывать о судьбах репрессированных. Пилия помог ей получить доступ в архив КГБ, где она работала, переписывая дела репрессированных. Она ездила по селам Абхазии и записывала рассказы вернувшихся из лагерей и родственников расстрелянных. Из этих поездок рождались книги.
Екатерина Бебия издала четыре монографии, посвященные жертвам сталинских репрессий: «Без вины виноватые» — о жителях и выходцах из села Лыхны; «Из забвения в бессмертие» — о жителях и выходцах из сел Дурипш, Куланырхуа, Ачандара, Тамыш, Кутол, Джгярда и Гуада; «Не забыть, чтобы не повторилось» — о жителях и выходцах из сел Калдахуара, Абгархыку, Звандрипш, Отхара (Гудаутского района), Бзыпта, Атара, Пакуашь, Члоу, Отап; и «Истина о минувшем» — о жителях и выходцах из сел Лдзаа, Алахадзы, Бармыш, Блабырхуа, Мгудзырхуа, Джирхуа, Хуап, Аацы, Анхуа, Адзюбжа, Кындыг, Арасадзых, Гуп, Баслаху, Река, Тхина и города Пицунда.
«Самое страшное, — рассказывает Екатерина Бебия, — что людей репрессировали руками их соседей, наших же людей. Их имена известны, под каждым приговором стоит подпись. Были так называемые “тройки”, которые судили людей, но потом их самих стали расстреливать и возникает вопрос, кем их считать, палачами или жертвами? В какое-то время встал вопрос называть или не называть имена этих людей? Мы собрались в Гудауте и обсуждали этот вопрос. И решили не называть ради спокойствия в обществе».
Время сталинских репрессий, по словам Бебия, было страшным: человека могли расстрелять только за то, что он забрал к себе домой и накормил собаку «врага народа»; расстреливали тех, кто пытался забрать и похоронить своих убитых родственников.
Екатерина Бебия изучила 1300 судеб репрессированных, но несколько сотен человек остались за пределами ее исследования. Это люди, о которых она не смогла ничего узнать.
Екатерина Бебия объявила о завершении своего многолетнего труда и сказала, что закрывает эту тему. Она надеется, что её продолжат исследовать её студентки, которые работали с ней.
Тамара Гицба, сотрудник Государственного музея Боевой Славы, рассказала о том, что старший брат ее деда, Гудж Гицба, был арестован и погиб в тюрьме от пыток до суда. Поскольку он не был осужден, он не числится в списках репрессированных, и семья не может добиться его реабилитации. Таких людей, вероятно, тоже немало. Это еще одна важная тема, которая ждет своего исследователя.
________________
🤚 ОКНО | Подписка
#репрессии