Кафедра Истории Безуспешной Философии

Друзья, в рамках очередного заседания семинара "Философия сознания: метафизика и когнитивные науки" продолжаем обсуждение методологических и мета-философских вопросов, находящихся на пересечении философии и когнитивной психологии.

На очередной встрече, организованной научным сотрудником нашего сектора к.ф.н. Матвеем Сысоевым и профессором РАНХиГС, д.п.н. Владимиром Спиридоновым, обсудим на конкретном примере методологические трудности, которые возникают при философской интерпретации психологических экспериментов. В дискуссии примут участие философы и когнитивные психологи.

В работе "Объяснённое сознание" (в первую очередь, глава 5) фи-феномен служит ключевым звеном в аргументации Деннета против "картезианского театра" и в пользу модели "множественных набросков". Мы рассмотрим проблемы, связанные с его интерпретацией, и на этом примере снова обсудим вопрос о взаимодействии двух дисциплин.

11 ноября, 16:00, ауд. 416

Регистрация на мероприятие.

@sector_szf

Четвёртая ежегодная конференция International Society for the Philosophy of the Sciences of the Mind (ISPSM) стартует завтра.

В этом году на конференции очень разнообразный набор тем: расширенные эмоции, интеграция феноменологических и нейробиологических описаний психоза, сознание искусственно выращенных церебральных органоидов, почему глаз лягушки сообщает её мозгу о добыче, а не о движущихся точках, и очень много других докладов, симпозиумов и круглых столов. Конференция будет проходить с 4 по 6 ноября. На сайте опубликованы программа и сборник тезисов, так что можно самостоятельно выбрать интересующий доклад и подключиться послушать.

В этом году я также принимаю участие в конференции. Я расскажу о том, почему обоняние может считаться формой объективной репрезентации, даже если оно не извлекает из информационного сигнала конкретные внешние признаки, как это делает зрительная система. Доклад основан на дискуссии между Тайлером Бёрджем и Недом Блоком о роли механизма константности в определении восприятия. На примере обоняния и обонятельной навигации у мышей я покажу, что способности воспринимать окружающий мир не обязательно должны опираться на одни и те же механизмы в разных сенсорных системах. Завтра, 4 ноября, в 17:30

Также предлагаю список докладов, которые показались мне интересными:

1. Энтони Чемеро, наверное, самый знаменитый докладчик на этой конференции, ведущий современный учёный и философ в парадигме воплощённого познания. Вместе с Луисом Фавелой он расскажет, с какими проблемами сталкиваются современные нейронауки при попытке интегрировать понятие аффорданса из экологической психологии. Основная проблема состоит в том, что теория аффордансов тесно связана с представлением о прямом восприятии, с которым современные нейронауки испытывают затруднения. В докладе авторы покажут, как представление о прямом восприятии можно согласовать с его нейронаучным описанием. 5 ноября, 18:15

2. Маркус Эронен расскажет, почему мы до сих пор не можем предсказать и объяснить поведение крошечных червей C. elegans, хотя их нервная система состоит всего из 302 нейронов, и насколько реалистично ожидать подобного объяснения человеческого поведения. 4 ноября, 15:00

3. Эма Демшар из австралийской лаборатории исследования сознания расскажет об экспериментальном исследовании осознанных сновидений. На основе 22 экспериментов её группе удалось выявить градации осознанности сновидений, выяснить, как возникает это осознание, что позволяет его поддерживать и как в зависимости от степени осознания меняются метакогнитивные способности и агентность внутри сна. 4 ноября, 15:00 (время этой секции совпадает с предыдущим докладчиком)

4. Юки Нагай, руководительница токийской лаборатории робототехники развития, расскажет, как генеративные нейросетевые модели можно использовать для выявления механизмов, стоящих за человеческими когнитивными способностями. О подобном я писал буквально в предыдущем посте в связи с механизмом формирования гипотез. 5 ноября, 13:30

5. Бенджамин Янг расскажет, почему человеческие социальные обонятельные сигналы, связанные с распознаванием родства, эмоций и социальным взаимодействием, на самом деле могут вполне сознательно восприниматься нами, просто не привлекая к себе внимания и не задействуя ресурсы когнитивного доступа. Аргумент по форме похож на идею феноменального переполнения Неда Блока. 4 ноября, 17:30 (выступает в одной секции со мной, следующим)

6. Луиза Барретт расскажет, почему наши психологические понятия, вроде эмоций, памяти и намерения, могут быть настолько тесно связаны со специфическими человеческими формами жизни, что их применение в исследованиях животных невозможно без искажений. 4 ноября, 20:05

7. Моношри Чакраборти предложит довольно необычную гипотезу о нейрокогнитивных основаниях логического отрицания. Когда мы ожидаем обнаружить что-то в определённом месте, но не находим этого, мозг регистрирует нарушение ожидания. Чакраборти предполагает, что подобные механизмы могут лежать в основе нашей способности мыслить не только о том, что существует, но и о том, чего нет. 6 ноября, 18:00

В 1964 году Уоррен Маккалок, который двадцатью годами ранее вместе с Уолтером Питтсом представил одну из первых математических моделей искусственной нейронной сети, выступал на Международном конгрессе по логике, методологии и философии науки. На нём он обсуждал самые серьёзные вызовы современной ему науки об уме. Одним из них он считал объяснение нашей способности формировать новые, простые и естественные гипотезы. Искусственные сети вроде его собственной модели с Питтсом могли производить базовые логические операции, а более поздние модели - обучаться классификации и обнаруживать статистические закономерности. Но, как считал Маккалок, ничего из этого недостаточно для объяснения формирования гипотез. Например, зная, что определённое заболевание вызывает некоторый симптом, мы можем дедуктивно вывести, что у больного этот симптом будет. Наблюдая множество пациентов, мы можем индуктивно установить закономерную связь заболевания с симптомом. Но когда мы обнаруживаем у пациента определённый симптом и пытаемся установить его причину, нам необходимо выдвинуть гипотезу о возможном заболевании. Именно этот творческий переход от наблюдаемого факта к его возможному объяснению, по мнению Маккалока, и остаётся загадкой.

Но ведь это был 1964 год. В нашем байесианском мире предиктивного процессинга и прочих контролируемых галлюцинаций это давно перестало быть проблемой. Ведь так? На самом деле, если посмотреть на недавние исследования образования гипотез и формирования новых категорий, то слова Маккалока не особенно устарели. В одной из обзорных статей 2024 года отмечается, что байесовская оценка гипотез уже предполагает их наличие, но не объясняет возникновение пространства гипотез или изменения его границ. Модель может вычислить, какое из нескольких объяснений наблюдаемого явления наиболее вероятно, но откуда она взяла сами объяснения? Даже если модель способна придумывать новые варианты, комбинируя уже известные элементы, сами элементы и правила их сочетания зачастую задаются исследователями. Аналогичная проблема возникает с формированием новых категорий. Допустим, мы научили нейросеть отличать кошек от собак. Но если мы сами заранее задали эти две категории, успешная классификация ещё не означает, что нейросеть способна самостоятельно понять, на какие категории следует разделять животных.

В связи с этим меня зацепило исследование способностей LLM выдвигать гипотезы и обосновывать их. В появившейся буквально на днях работе передовые LLM оказывались в симуляции физического мира, в которой некоторые законы работали аномальным образом. Ничего об этих аномалиях сами сети не знали - они должны были самостоятельно исследовать мир, выдвигать гипотезы, формулировать и проводить эксперименты для их проверки. Результат пока не сильно впечатляющий: из двенадцати LLM правильно определить изменённые законы и экспериментально обосновать свои выводы удалось только GPT-6-Astra, и то лишь в 16% случаев.

Но если посмотреть на то, как нейронка выдвигает гипотезы, ситуация не выглядит безнадёжной. Например, в одном из экспериментов модель заметила, что при столкновении красного и синего шаров они меняют цвета. Она предложила два объяснения: либо шары обмениваются цветами, либо каждый из них независимо меняет свой цвет на противоположный. Оба объяснения согласовывались с исходными наблюдениями. Тогда модель предложила столкнуть два красных шара: согласно первой гипотезе, они должны остаться красными, согласно второй - оба стать синими. Эксперименты успешно подтвердили первую гипотезу.

Иначе говоря, в некоторых случаях нейросети действительно самостоятельно формулируют вполне естественные альтернативные гипотезы, а также вырабатывают процедуры для их проверки. Разумеется, создать машину, способную выдвигать гипотезы, ещё не значит построить психологическую теорию способности к их образованию. Конкретные механизмы, сформировавшиеся у LLM в процессе обучения, требуют собственного исследования. Но в будущем их изучение, вероятно, поможет пролить свет и на нашу собственную способность выдвигать гипотезы.