Таких как он - никого.
Последний раз мы виделись на каком-то ВПУ такой-то армии в апреле 22-го. Он был такой же жизнерадостный, в летном комбезе, который на нем практически стлел. Ибо его сразу отправили в самое очкошное очко, где другой комбез взять было просто негде, а так как он жил за своим столом на КП, на котором работал, ел и на котором спал несколько месяцев, то он его носил практически не снимая.
Сегодня его не стало.
Немедленно повылазила хуева гора специалистов, которые точно знают, как всех военных спасти. Каждому выдать по охраннику, лучше по два. И к каждой урне, и к каждому самокату, пакету, автомобилю, метру земли приставить часового. Хули там.
Если кто не в курсе, далеко не в одном случае подобных терактов за СВО охранника взрывали вместе с охраняемым.
Заглядывать под авто? Ну взорвут тебя, когда ты будешь заглядывать. Делов-то. А под соседнюю машину заглянешь, а в багажник машины рядом? А в урну неподалёку? В детскую коляску? В электрощиток подъезда? А в плафон фонаря? И т. д.
Все, кого государство может защитить, уже имеют защиту. Они живут на закрытых, охраняемых территориях, за высокими заборами, передвигаются с личными водителями, они не ходят по «Пятерочкам» и не стоят в очередях на заправке. И их тоже взрывают.
Все остальные, и 99% офицеров включительно, ничем в плане защиты от рядового гражданина не отличаются, выйдя шаг за КПП своего подразделения. Живут в человейниках, машины стоят во дворах, проследить их элементарно, куда-то переехать они, естественно, не могут.
На казарменное положение у нас не способны посадить никого, кроме срочников.
Даже высший, особо ценный, офицерский состав никто не посадит на казарму до конца СВО. Хотя это было бы логично.
Им нужно ходить к блядям и по саунам, бухать в ресторанах, проверять, как там дела на твоем свечном заводике, завозить сынулю в школу и водить жену в театр. А еще есть отпуск, второй, третий.
Крч, невозможно.
Поэтому что-то тут порекомендовать, кроме общих фраз «не пинать ногами бомбы», мне нечего.