Постоянная читательница

​«Святая покровительница лжецов» Энн Пэтчетт (пер. Натальи Добробабенко)

Роуз Клинтон — один из трёх голосов в романе, пожалуй, одна из самых неуловимых и трудно постижимых героинь, о которых мне приходилось читать. Будучи совсем юной, она неверно интерпретирует знак Божий и выходит замуж за надёжного, но скучного мужчину по имени Томас. Три года спустя она садится в машину и уезжает из родной Калифорнии куда глаза глядят, не сказав никому, что беременна, даже матери, с которой всегда была довольно близка. Роуз оказывается в приюте Святой Елизаветы — католическом доме для незамужних матерей в сельском Кентукки, разместившемся в бывшем роскошном отеле. Там женщины вынашивают детей, которых не планируют оставить себе, и у каждой есть свои тайны и причины, по которым она здесь оказалась, поэтому и Роуз хотя бы на время находит здесь безопасное место. К тому же кулинарный талант вскоре делает её незаменимой, а с приближением родов Роуз вновь решает круто изменить свою судьбу.

Так в историю вступает второй рассказчик, смотритель приюта Святой Елизаветы по имени Сон, мужчина внушительных размеров, и при всём своём суровом облике — человек тонкой душевной организации. Он, как и остальные обитатели приюта, хранит свои секреты прошлого — как будто это обязательный пункт в объявлении о вакансии. Третья рассказчица — Сесилия, дочь Роуз, которая пытается разгадать свою неприступную и пугающе прагматичную мать. Однако остаётся впечатление, что с появлением Сона и Сесилии в жизни Роуз ничего кардинально не меняется внешне: она продолжает работать поваром в приюте и посвящает себя труду с ещё большим остервенением, чем прежде, словно приняла своё предназначение.

Энн Пэтчетт пишет с невероятным любовным вниманием к деталям и буквально по кирпичику воссоздаёт атмосферу всех тех мест, где происходит действие. Я почувствовала это и в замечательном «Голландском доме», и в этом романе, который стал её дебютом. И столь же обстоятельно она подходит к созданию своих персонажей, им легко сочувствовать и сложно вписать в какие-либо готовые рамки художественной прозы. Сон и Сесилия, а также несколько второстепенных героев, как, например, сестра Эванджелина, обладающая даром чувствовать судьбу ещё нерождённых детей, и Энджи — одна из постоялиц приюта и подруга Роуз, получились полнокровными, неоднозначными, но главное — понятными. Но эта Роуз, боже мой! Все вышеперечислоенное так резко с ней контрастирует. Её мотивы, страхи, самоотречение и холодное отношение к тем, кто проявляет к ней теплоту и заботу, оказались, вероятно, гораздо более глубокими и мистическими, чем я смогла постичь. «Святая покровительница лжецов» — ладно скроенный и прекрасно написанный в плане экстерьера роман для тех, кого не пугают морально неоднозначные персонажи, из которых правды раскалёнными щипцами не вытянешь.

Издательство: @sindbad_publishers

​On the Calculation of Volume (Book I) by Solvej Balle

Главная героиня романа, Тара Селтер, и её муж Томас занимаются букинистикой — покупают и перепродают ценные иллюстрированные книги. 17 ноября Тара отправляется в Париж, чтобы приобрести несколько заказанных клиентами томов и останавливается в знакомом отеле. На следующий день ходит по антикварным лавкам и вечером встречается в друзьями, случайно обжигает руку о радиатор, а на 19 ноября перед возвращением домой у нее назначено несколько встреч. Вот только следующий день не наступает — Тара снова просыпается 18 ноября. И на следующий день, и на следующий, и через 121 день тоже — дата на календаре остаётся неизменной.

Словом, разыгрывается «День сурка», вот только, в отличие от персонажа Билла Мюррея, Тара не проживает каждый свой день одинаково, силясь найти то единственное событие, которое запустит забуксовавшее для неё время. Отклоняясь от сценария оригинального 18 ноября, она возвращается из Парижа к мужу и рассказывает, мол, случился вот такой конфуз. Делает она это довольно рутинно каждое утро, потому что для него и всех остальных этот день наступает впервые. У них с мужем здоровые и крепкие отношения, даже в каждый одинаковый день им хорошо в компании друг друга, и они находят поводы для удовольствия и радости. Вместе они экспериментируют с возможностями и багами временного парадокса, пытаются вывести закономерности — какие вещи, приобретённые за прошедший день, пропадают, остаются или возвращаются на свои места, и кажется, что во всём происходящем нет совершенно никакой логики. При этом сама Тара не застывает во времени — у неё отрастают волосы, заживает ожог, она меняется, и постепенно груз накопленных одинаковых дней начинает на неё давить. Она чувствует себя монстром и хочет спрятаться от окружающих.

Тара берётся вести дневник, чтобы более системно попытаться разобраться с феноменом, жертвой которого оказалась. Его-то мы и читаем с 121-го дня заключения героини. Датская писательница Сольвей Балле проделала впечатляющую работу, чтобы погрузить читателя в реальность своей героини: роман написан в достаточно монотонной и эмоционально приглушённой манере, вторящей характеру и внутреннему состоянию Тары. К началу ведения дневника она изучила 18 ноября досконально — каждый шорох в доме и снаружи, движение солнца и облаков за окном, распорядок дня соседей известны ей до секунды. Получается рутина, возведённая на новый уровень. И если поначалу в романе есть даже что-то медитативное и успокаивающее, ведь Тара в этом заключении наделена определённой свободой действий, то постепенно её тревога нарастает одновременно с хрупкой надеждой на то, что ей удастся выбраться.

Роман ставит перед читателем множество вопросов и мысленных экспериментов. Одно время мне казалось, что этот временной парадокс — метафора брака, в котором при всём его комфорте вскоре одному из партнёров становится тесно: Тара хочет двигаться дальше, тогда как Томасу хорошо и на насиженном месте. В другой момент я задавалась вопросом: если Тара каждый день просыпается в одном дне и помнит обо всём, что произошло, а остальные забывают, значит ли это, что для них есть завтра за пределами временной петли? Отсюда растущее между ней и мужем отчуждение и болезненное ощущение изоляции героини. Сольвей Балле написала довольно компактную книжку, которая предлагает читателю проделать большую работу — поразмышлять о свободе воли, человеческих связей и времени (обогатить и дополнить эти размышления можно работой «Свобода оставаться» Евы фон Редекер), о pros and cons рутины и освобождения от неё. Это лишь первая часть цикла из семи частей, и, честно сказать, я заинтригована, что будет дальше (pun intended!).

Издательство: роман обещан к выходу на русском в @publishellf 18 ноября

​«Мы мицелий» Марии Шегай

Жила-была в одном городке в неназванной северной стране женщина по имени Анна: работала уборщицей в местной больнице, вечерами переписывалась с мамой, каждую субботу ходила в бассейн, а по пятницам позволяла себе попировать и почитать одну из десяти любимых книг. Раз в несколько дней она пополняла свои запасы консервов, регулярно проверяла сроки годности лекарств и выращивала в кладовке целебные грибы. Это уже не похоже на обычное «жила-была»! А дело в том, что Анна готовилась к концу света и никому об этом не говорила. И всё было бы тип-топ, если бы другим людям не хотелось общаться и заводить друзей.

Конечно же, я иронизирую, но в целом этот абзац вполне себе передаёт сюжет романа Марии Шегай. И всё же в нём оказывается куда больше оттенков, чем рутинное существование одинокой препперши, чьё спокойствие и планы были нарушены другими людьми. Анна — мигрантка и уже довольно давно живёт в этой неназванной стране, которая лично мне очень сильно напоминала Финляндию: тот же природный ландшафт, та же сдержанная дистанция между коллегами и знакомыми. В последнее время в этой стране приобрело силу антимигрантское движение, подогреваемое популистскими речами премьер-министра. Поэтому Анна не чувствует себя в безопасности, и неудивительно, что вкупе с другими новостями об эпидемиях, природных катаклизмах и социальных катастрофах она готовится в какой-то момент сорваться с насиженного места и спасать свою жизнь.

И, вероятно, с её дисциплиной и прагматичностью Анне удалось бы довести этот план до конца, если бы однажды в больнице не появилась женщина по имени Алина. По непонятной для Анны причине новая сотрудница решает стать её подругой, и если поначалу это кажется героине странным, то вскоре она втягивается и становится со своей новой BFF всё более откровенной. И вот уже её тайна выходит наружу, и, к удивлению, её не высмеивают и не называют фриком, а, наоборот, начинают воспринимать как эксперта по выживанию.

Мария Шегай написала роман, который на первых порах кажется просто причудливым и странным, в духе книг Саяки Мураты. Признаться, в начале чтения я даже немного заскучала, настолько выверенной, спокойной и правдоподобно нудной казалась рутина Анны. Но по мере того, как Анна оттаивала по отношению к другим людям и начинала замечать знаки внимания, которые они на самом деле всегда ей оказывали, она понимала, что её готовы принять в комплекте с прошлым, всеми странностями и страхами. Она — часть этого герметичного сообщества. И закономерно задаётся вопросом: есть ли вообще смысл в выживании, если ты останешься совершенно один или тебе придётся переступать через других?

Этот роман как влитой рифмуется с одной из моих самых любимых книг в этой серии NoAge - «Центром принятия и адаптации» Ольги Дмитриевой, и они отлично дополняют друг друга, потому что в отстраненной и завораживающей морозной чистотой манере говорят о смирении, преодолении отчуждения и вариантах действия в преддверии неизбежного.

Издательство: @polyandria x @smyslshop