Записки Генеалога

Как же хорошо порой забыть про генеалогию и спустя время взглянуть на собственное древо свежим взглядом. Именно так я и поступил. И первые результаты не заставили себя ждать.

Вернувшись из путешествия я предпринял очередную попытку связать своих предков известных мне по документам XVIII века с документами шведской Ингерманландии XVII века. Но как обычно и бывает, сначала я решил подтянуть все хвосты которые застряли во второй половине XVIII века. Один из таких хвостов — ветвь Марии Эриккайнен из деревни Нижняя, где отсутствие ревизских сказок за 1782 и 1795 годы не позволяло мне связать её древо с ревизией 1763 года.

И вот спустя годы я решил пойти не вглубь, а наоборот. Посмотреть более поздние ревизии за 1811 и 1834 годы в надежде найти хоть какие-то зацепки.

И это принесло свои плоды. В ревизии 1811 года удалось обнаружить её отца Петра Адамова Ирикова, родившегося около 1762 года и умершего в 1808 году, а также его сыновей, братьев Марии, родство которых подтверждалось метрическими записями. Благодаря этому в сказке 1834 года удалось получить ещё одно косвенное подтверждение родства, поскольку помимо братьев там была упомянута и их мать Екатерина.

Приблизительно установленный год рождения Петра позволил зацепиться уже за третью ревизию. Там обнаружился и он сам, его отец Адам и дед Юхан Симонович. До этого я знал только Адама и дальше него линия не прослеживалась. Теперь удалось продвинуться ещё на два поколения. Правда, Симон пока известен только по отчеству его сыновей.

Нашлись сведения и о жёнах. Супруга Юхана Анна Симоновна происходила из деревни Кокелево во владениях графа Скавронского. Предположительно речь идёт о приходе Венйоки. Жена Адама тоже была родом из владений Скавронского, но деревня в ревизии не указана.

Есть и плохие новости. При первичном поиске не удалось найти ни записей о венчании, ни записей о рождении Петра, его старшего брата Абрама и сестёр Катерины и Сары. Это подталкивает к мысли что искать их нужно в книгах соседних приходов.

А так находки есть, но вместе с ними и новые загадки. Всё как всегда))

Двигаемся дальше!

День тридцать четвёртый.
Рязань.

Вот и настал завершающий день моего путешествия. Дорогу домой я решил разбавить остановкой в Рязани, тем самым посетив ещё один регион, в котором ранее никогда не бывал.

Город встретил меня солнцем и ощутимой прохладой. В какой-то момент стало понятно, что, путешествуя по странам Ближнего Востока, я пропустил золотую осень и возвращаюсь уже к началу осенних заморозков. Впрочем, эта бодрящая свежесть подарила мне ощущение, что я наконец дома.

Что касается Рязани, то дать какую-то объективную оценку городу мне довольно сложно, поскольку за месяц странствий взгляд порядком подзамылился. Когда я спрашивал местных жителей, что можно посмотреть в городе, все как один отправляли меня в кремль или лесопарк, добавляя, что основные достопримечательности находятся за пределами Рязани.

Так что я решил последовать их совету. Оставив рюкзак в камере хранения, отправился в сторону кремля, а на обратном пути прогулялся по соседним улочкам.

Уже через час я приеду в Москву, и мою экспедицию можно будет считать завершённой. На смену новым городам и странам придут петербургские и московские архивы, скрывающие имена и судьбы людей, живших десятки и сотни лет назад.

Ну и, конечно же, впереди планирование новых уникальных маршрутов. Для моих будущих путешествий, а если захотите, то и для ваших!

Здравствуйте, дорогие друзья!

Совсем пропал с генеалогического горизонта. Скитаюсь по городам и странам. На данный момент нахожусь в Минеральных Водах, почти по дороге домой. Но несмотря на то, что я практически полностью погружён в путешествие, генеалогические находки продолжают появляться. И одной из них всё-таки хочется поделиться.

На этот раз речь пойдёт не об очередном пяти-, семи- или десятиюродном брате или сестре, которых я случайно встретил на задворках Багдада. Нет. Речь о документах времён Второй мировой войны, а если быть точнее, о документах Челябметаллургстроя.

В этих документах обнаружились сведения о трудоармейцах, в том числе ингерманландских финнах. О людях, которые с фронта были отправлены в трудовую армию. Большинство из них работало в строительных бригадах, хотя были и те, кто попал в ряды вооружённой охраны.

Одним из них был мой дедушка Тойво, которого сняли с фронта только в марте 1944 года.

Благодаря найденным документам мне удалось установить точную дату его демобилизации и понять, когда он отправился в сторону дома. Раньше в этих датах была небольшая нестыковка.

Заодно нашлись и несколько соседей по деревне. Впрочем, всё это ещё стоит хорошенько проанализировать.

Сама находка не моя. О ней я узнал на страницах ингерманландского генеалогического сообщества. В связи с этим хочется ещё раз сказать: не будьте исследователями-одиночками. Объединяйтесь, делитесь находками и ищите вместе. Ведь то, что для одного исследователя может оказаться совершенно незначительной деталью, для другого способно стать недостающим звеном семейной истории.

Впрочем, думаю, вы и сами это прекрасно знаете.

Ссылка на источник: https://dbases.archive74.ru/rvk/rvk/index?RvkSearch[search