Rara Avis (Дочь Сизифа)

Попозже напишу подробную историю про то, как мы делали Sisterhood, а вышел Brotherhood. А сейчас кратко, чтобы не забыть.

Началось с того, что я присела на корточки перед очень расстроенной женщиной из Кении, мы разговорились, я тогда поняла, что Sisterhood важно создать, чтобы было чуть полегче жить в этом мире. Что я до той минуты знала о Кении? Что она знала о России? Но раз уж, волей судеб, все мы тут компактно собрались на одной территории, сделаем что-нибудь полезное. Так был загадан фестиваль со всей его сложной и разнообразной программой.

А вчера за ужином, я рассказывала семье, что не дошла бы до финиша, если бы не было столько поддержки не только со стороны женской части участников и команды, но и со стороны Дениса, Рене, Леши, Алессандро, Вани, Александра, Джофа, Олега...

Собственно, в этот момент семья и намекнула, что это уже какой-то Brotherhood получается.

Но как по мне, Sisterhood ведь не про то, чтобы женщины держались вместе против мужчин. Это про мир, в котором женщины слышат друг друга, поддерживают, объединяются и мужчины тоже становятся частью этой истории.

То есть он не про оборону от мужчин, а про способность формировать вокруг себя пространство безопасности, эмпатии и созидания.

Ну и для тех, кто захочет прийти со словами, что этим постом я поддерживаю патриархат в его худших проявлениях, отдельно отмечу, что мужчины, которые были с нами на этом пути, не пытались спасать, поучать или перехватить руль. Просто с десяток человек встали рядом, взяв на себя невидимую часть задач, подстраховывая, помогая с организацией параллельных мероприятий, с разного рода сложностями, которые неизбежны, когда делаешь что-то большое.

А ещё много знакомых написали, что придут на фестиваль с мужьями, сыновьями и друзьями. В этой точке я поняла, что складывается нормальное, здоровое человеческое сообщество. Чему, конечно, рада безмерно.

По поводу разгона подростков в Москве. Основная мысль моя проста: нельзя отвечать на беззаконие беззаконием, даже если подростки употребляли алкоголь и вели себя вызывающе (строго говоря, на то они и подростки, чтобы проверять на прочность нас и мир каждый миг).

Да, с ними почти всегда непросто. Да, подростковые компании могут создавать проблемы, нарушать общественный порядок, некоторые могу вести себя откровенно опасно. И, разумеется, на это нужно реагировать.

Но между необходимостью поддерживать порядок и силовым разгоном с избиениями и запугиванием лежит пропасть.

Патрули, социальные службы, профилактическая работа и пр. Существует масса способов работы с молодежь.

Отдельно остановлюсь на вручении повесток как инструменте устрашения. Мне трудно представить, какую воспитательную задачу это вообще может решить. Чему именно через это можно научить подростков?

Запугивание, унижение и демонстрация силы, - ничто из перечисленного не воспитывает, а скорее наоборот.

Нельзя научить уважению к закону, демонстрируя пренебрежение к нему.

Нельзя воспитать ответственность через страх.

Нельзя сделать общество безопаснее, превращая собственных подростков во врагов.

Взрослые, которые думают, что рейд пошел на пользу, что «с подростками только так и надо», что «важен порядок» и пр. Им напомню, что в истории России (и других государств) выбор между свободой и безопасностью делался в пользу безопасности не единожды, ничем хорошим это не заканчивалось.

Поскольку организую фестиваль в Люксембурге с участием людей из разных стран, в том числе, пригласила и антивоенного режиссера из России, предсказуемо столкнулась с тем, что ее присутствие начали называть попыткой обелить российский режим и пр.

Мне кажется очень достойным, как отреагировала принимающая площадка на подобные обвинения. Они не стали удалять или игнорировать комментарии, отменять спикера, а ответили вот так:

Привет! Мы слышим ваши опасения и в Kulturfabrik относимся к ним со всей серьезностью. Солидарность Kulturfabrik с Украиной и наше неприятие агрессивной войны, развязанной Россией, — вещи, не подлежащие обсуждению. Так было всегда, и так будет впредь.

Чтобы внести ясность относительно того, что мы показываем: фильм «Территория без войны» — это не продукт российского государственного кинематографа. Его режиссер, Тая Зубова, покинула Россию в 2014 году в знак протеста против аннексии Крыма. Премьера картины состоялась на телеканале «Дождь» — оппозиционном ресурсе, запрещенном в России, — при поддержке Фонда Бориса Немцова. Герои фильма — украинцы, ставшие беженцами из-за российских бомбардировок Мариуполя, Одессы и Авдеевки. Среди показанных в фильме россиян — люди, отказавшиеся от участия в войне по убеждениям, представители ЛГБТ-сообщества, подвергающиеся преследованиям, и политические активисты; среди белорусов — жертвы репрессий режима Лукашенко. Это фильм, созданный в изгнании — против войны и против режима, который ее ведет.

В то же время мы не утверждаем, что этот фильм не вызывает споров. Решение объединить подобные истории в одной ленте вызвало вопросы — в том числе у украинских зрителей, — и такая дискуссия вполне оправдана. Именно поэтому после показа 14 ноября состоится открытый разговор с режиссером Таей Зубовой. Мы представляем этот фильм не как окончательную истину, а как повод для начала диалога.

Kulturfabrik всегда был пространством толерантности и диалога, и этот показ — не исключение. Если у вас есть сомнения по поводу фильма, вы сможете высказать их во время обсуждения после просмотра. Приглашаем вас присоединиться к дискуссии и задать свои вопросы непосредственно режиссеру картины.