Донской Казак

Армяно- турецкая нормализация: меняется ли климат?

1. Сегодня об армяно-турецкой нормализации сложно писать, не скатываясь в банальности. Прежние всего, в ней отсутствует динамика. Рассказывать в очередной раз про то, что «стороны отметили важность предпринятых действий и достигнутых результатов и договорились продолжать» - не слишком продуктивное занятие. В общем, на кавказском дипломатическом фронте без явных перемен. И тем не менее, обращаться к этой теме нужно. В Закавказье происходят серьезные трансформации, суть и направление которых лучше понимать здесь и сейчас, не откладывая на потом.
2. Сама жизнь подбрасывает нам инфоповод. Премьер- министр Армении Никол Пашинян прибыл в Анталью для участия в климатическом саммите COP 31. Там он провел встречу с турецким президентом Реджепом Тайипом Эрдоганом. И высокие стороны снова выразили надежду на новые встречи, продвижение к миру и прогрессу.
3. Здесь самое время помимо текста вспомнить и о контексте. Параллельно с визитом на климатические «поля» в Москве на расширенном саммите ОДКБ Армению лишили права голоса в Организации. Впрочем, сенсация без сенсации, экспромт продуманный и подготовленный! Цена армянского интеграционного абсентеизма! И одно из проявлений системного кризиса армяно- российских отношениях. Старые союзнические форматы умирают, новые пока что не рождаются. И на этом фоне идут дискуссии о мире и новом региональном порядке на Кавказе.
4. Оговоримся сразу. Если под миром мы понимаем взаимные компромиссы и уступки, то сегодня правильнее говорить не о мире а о принуждении одной из сторон к нему. Без двух катастрофических поражений Армении в 2020 и в 2023 гг. представить себе нынешний всплеск «мирного процесса» невозможно. Азербайджан спешит закрепить результаты своих побед. И видит целью не только ослабление своего вчерашнего противника, но и перезагрузку его национально- государственного проекта, как ключевую гарантию от «можем повторить». Отсюда и последовательные настойчивые требования к Еревану изменить Конституцию, завершив тем самым полный цикл декарабахизации.
5. Анкара в этих намерениях целиком на стороне Баку. И их расхождения (чуть более, чем тактические) по вопросам государственно-конфессиональных отношений не меняют картины в целом. Лучшее доказательство этого- недавний визит Эрдогана в Физули и Шушу в азербайджанский «День Победы». Турция не будет формировать нормализацию до закрытия Азербайджаном армяно-карабахского гештальта. «Готовность Турции открыть пограничные переходы с Арменией пока едва ли приведет к их открытию. Анкара по-прежнему ориентируется на позицию Баку, а тот увязывает подписание мирного договора с изменением армянской Конституции». Трудно не согласится с мнением коллеги Керима Хаса, приведенным выше.
6. Но Основной закон Армении еще надо исправить. Без конституционного большинства в парламенте это сложно, а с оппозицией власти вести диалог не хотят, скорее готовы к ее стигматизации. И отдаление от России в этом контексте имеет еще и внутриполитическое изменение. Оппоненты Пашиняна маркируются, как «силы Кремля». Однако старых союзнических опор уже нет, а новых еще нет. Punishment for Peace as it is. Риторический вопрос, стоит ли при таких условиях задачи решать ее посредством «извлечения» российского корня. Таковое, как мы видим, не обеспечивает нормализацию без пакета с обременениями!

Когда Пашинян будет в Турции, в Москве пройдет саммит ОДКБ
Интервью Айку Дерзяну (программа «Триггер», канал 168.am)

1. Наша беседа состояла из нескольких блоков. Стало уже доброй традицией начинать с фоновых факторов. Естественно, в фокусе внимания сейчас переговоры в Абу-Даби. Сразу предостерег и своего собеседника, и наших зрителей-слушателей от чрезмерного оптимизма и завышенных ожиданий. Прорывы можно прогнозировать лишь тогда, когда позиции сторон если не тождественны, то сближаются. Увы, мы пока далеки от такой точки. Добавим тот факт, что украинский конфликт имеет много уровней. И остановка военного противостояния сама по себе без урегулирования других проблем (от территорий до статуса Украины на международной арене) не обеспечит прочный устойчивый мир. Опыт с Минскими договоренностями это воочию доказал.
2. Следующая часть беседы была посвящена возможным последствиям промежуточных выборов в США для постсоветского пространства. И снова показал себя противником «коренных переломов» и «окончательных закрытий гештальтов».
3. Далее перешли от общего к частному, ближе к нашим кавказским делам. Обсудили повестку в двух «парах» - турецко-азербайдажнской и армяно-российской. Если в первом случае новая версия «кризиса эмоций» купирована (свидетельством чему визит Реджепа Эрдогана в Азербайджан), то во втором – эмоций становится все больше. И по факту мы видим не столько диверсификацию армянской внешней политики, сколько смену одной лояльности на другую.
4. Рассмотрели и внутриполитическую динамику в Армении, хотя вопрос о реформе Конституции теснейшим образом связан с внешнеполитическими трансформациями и последствиями установления нового посткарабахского статус-кво. Парламентские выборы в Армении в прошлом, но маячит признак очередной внеочередной кампании. Конституционного большинства у «Гражданского договора» нет, с оппозицией действующее правительство работать не желает (как минимум, с той что есть сегодня). Более того, продолжается политика санации, а она опасна при имеющемся расколе и в обществе, и в политикуме (если не понимать под таковым только власти). Новые выборы не предопределены, но и вероятность их не равна нулю. Рисков много, но соблазны сорвать полный банк велики.
5. Полная запись интервью https://www.youtube.com/watch?v=tiqkkKGJCic

Анкара-Баку: к старой или к новой нормальности?
Полемические заметки по итогам визита Реджепа Тайипа Эрдогана в Азербайджан

1. День 8 ноября в Азербайджане отмечается по-особому. Его называют «Днем Победы». Приурочен он к завершению второй карабахской войны 2020 года, радикально изменившей военно-политический баланс в Закавказье. Главным гостем этого азербайдажнского праздника был президент Турции.
2. Визит Реджепа Тайипа Эрдогана – это символ на символе. Прибытие в аэропорт Физули, затем официальная встреча с азербайджанским президентом Ильхамом Алиевым в Шуше. Четкий сигнал urbi et orbi, что Турция и Азербайджан заинтересованы в сохранении нового военно-политического статус-кво в Закавказье. Иначе не было бы ни рейса в Физули, ни переговоров в Шуше…
3. Впрочем, держим в уме еще один символ. В день 9 ноября 1991 года, 35 лет назад Турция стала первым государством, признавшим независимость Азербайджана. Напомню, что до подписания Беловежских соглашений оставался еще 1 месяц…
4. Однако от внимательных глаз не укроешь того факта, что визит турецкого лидера происходил на фоне некоторой дипломатической напряженности. Поводом для него стали более строгие правила внешнего вида для учеников и педагогов, утвержденные азербайджанскими властями и направленные на поддержание светского характера государственного образования. Причины же, как всегда глубже. Здесь и некоторые расхождения в траекториях госконфессиональных отношений и идентитарной политики в двух странах, и разночтения в подходах на международной арене. Как следствие, отсутствие Ильхама Алиева на недавно прошедшем XIII саммите ОТГ (Организации тюркских государств).
5. Но не стал бы все сводить к одному только геополитическому фактору. Внутриполитические резоны в действиях Эрдогана также важны! По разным оценкам в Турции проживает от 800 тыс. до 3, 5 млн. этнических азербайджанцев. Есть те, кто находится на турецкой территории уже столетиями, а некоторая часть этой общины приехала относительно недавно. В любом случае, играет роль и электоральный фактор, и бизнес-влияние. Синан Оган - один из наиболее известных примеров политического влияния турецких азербайджанцев. В 2023 году во время президентских выборов за него проголосовали примерно 2,8 млн. избирателей. Призывы Огана голосовать во втором туре за Эрдогана сыграли свою роль в очередном переизбрании действующего главы государства. Далеко не единственный фактор, но и умалять его важность никак нельзя! Среди известных представителей азербайджанской общины Турции есть депутаты нынешнего и предыдущих созывов парламента (такие как Шамиль Айрым и Джантюрк Алагез).
6. Важно понимать: турецкий президент отправился 8 ноября в Азербайджан не только для того, чтобы помириться со своим «братом» (как он называет Ильхама Алиева) и пожать ему руку. Какие бы разночтения ни имелись у союзников, их взаимный интерес многое перевешивает. Анкару и Баку объединяет сотрудничество в военной и в транспортно-логистической сферах, энергетике и торговле, продвижение тюркской интеграции. Поэтому возвращение Эрдогана в Шушу 8 ноября 2026 года можно рассматривать как подтверждение преемственности союзнической политики. На совместной пресс-конференции в этом городе турецкий президент заявил: «Те, кто стремится подорвать братство между Азербайджаном и Турцией, никогда не достигнут своей цели».
7. Значит возвращение к «старой норме» произошло? Шуша поставило точку в «братском споре»? Не стал бы делать поспешных выводов. Дальнейшее значение встречи Алиева и Эрдогана будет определяться не столько ее церемониальной стороной, сколько практическими результатами. Азербайджан недвусмысленно сигнализировал Турции, что не хотел бы играть роль послушного младшего брата. И, на первый взгляд, этот сигнал в Анкаре считан. Но внешняя политика и выстраивание альянсов- каждодневная работа, где за церемониями рукопожатия следуют разные реакции на те или иные события. Не только, кстати, геополитические, но и внутренние, имеющие отношение к религии, национальной памяти и многому другому.