Ну, что, товарищи-книгопеи. Дочитала я Сомерсета нашего Моэма. И несмотря на то, что, почему-то, ассоциативно название "Бремя страстей человеческих" у меня в памяти подняло бы, скорее, Драйзеровсеие образы - чего-то масштабного, титана-воротилы, которого страсти раздирают на куски (а вместе с ним и полконтинента) и бороться с которыми для него бремя... Вопреки моим ожиданиям роман оказался о человеке до крайности частном. О маленьком человеке, если хотите. Вот пишу и сама удивляюсь, как меня из разговора о Филипе Кэри неумолимо тянет к разговору о Гоголе. Такие мы вот странные, русские люди, всё в шинель кутаемся.
И тем не менее
. Я тут бухтела и бранилась намедни, как меня раздражает главный герой. Знаете, получилось как в жизни - нельзя делать поспешных выводов. А учитывая, что в жизни, в отличие от книг, конечный результат тебе так и остается неизвестным, лучше вообще особо ярлыков не вешать и выводов своих примитивных не строить... (Было бы сказано...) Короче, к концу романа я прониклась к Филипу если не симпатией, то пониманием. Ну вот такой он человек, сначала сделает что-то, подчиняясь внутреннему зову - то зову страсти, то честному порыву - а потом хватается за голову. Даже думаю, что в реальной жизни мы бы с ним вполне себе сдружились бы, как ни странно. Справедливости ради нужно сказать, что главным словом, характеризующим для меня главного героя, стало слово ПОРЯДОЧНОСТЬ. Поразительно редкое во все времена и невероятно ценное качество.
Параллельно с основной веткой повествования ты знакомишься с людьми, которые в виде образов надежно поселяются в твоём сознании (и, как я думаю, и в сознании многих других, потому что иногда персонажи современной литературы или кино очевидно навеяны другими героями). Семейство Ательньи (эдакие Уизли), отогревающие главного героя (ничего не хочу сказать, но параллель между Салли и Джинни Уизли напрашивается сама собой). Удивительно талантливый и проживший абсолютно впустую, канувший в Лету Кроншоу. Бессмысленный Хейуорд, который в конце концов попытался наполнить жизнь смыслом, но жизнь уже, увы, не предоставила ему такой возможности.
Вообще безумно ценный роман. Роман о взрослении. Роман об ошибках и попытке залатать то, что сшито наспех и написано на черновик. Я бы сказала, верующим людям, растящим детей - читать обязательно. Тут наглядно показано, как можно за здорово живешь покалечить ребёнка религией так, что не отмоешься потом. Собственно, полагаю, нить повествования как я ее сформулировала для себя (но вряд ли так сформулировал бы сам Моэм) сводится к тезису "Даже если человек отказывается от Бога, Бог не отказывается от человека". Потому что уж не знаю чьими, но выруливает "освободившийся" от веры главный герой только молитвами.
Шикарная часть о медицине. Я в восторге. Ну чисто наша жизнь. Ничегоооо не поменялось, людиии! Разве что мы не бегаем по району с саквояжами и не дежурим трое суток, а, всё-таки, очень любезно сутки-через-сутки. Совершенно изумительные наблюдения и замечания автора о смерти и умирании. Очевидно, основывающиеся на личном опыте и переживании.
Вообще читать верующими глазами этот роман дико интересно. Совершенно иной взгляд, чем тот, что предлагает тебе автор. Вполне, кстати, традицонно-ценностная книга, никакого, как где-то писалось в комментариях, "глумления над традиционной семьей" я там не прочла даже между строк.
Образы яркие, запоминающиеся, очень жизненные. Никаких длинных описаний. Никаких сложных рассуждений. Динамика, движ, читается вообще очень легко и быстро, несмотря на огромный объем (даже в покетбуке 800 страниц крошечным шрифтом). Впечатляет.
И, да, я невольно прониклась творчеством Эль Греко.
И мечтаю выпить пунша. Спасибо, товарищ Моэм.
Отчаянно рекомендую, мечтаю, чтоб кто-нибудь рядом прочитал, чтоб с пеной у рта пообсудить.
P.s. А на фото выше - наш
Жан Эжен, прошедший свои стадии взросления, как и главный герой романа, но без падений и бремени страстей - так что гляньте, какие аппетитные каламондинчики вызревают.